Книга Пламя в цепях, страница 167 – Джулия Вольмут

Заиграла песня Stephen Sanchez – «Until I Found You», Астрид и Дерек закружились в танце, и пары присоединились к ним.

– Как тебе церемония? – спросил Джон. Его пальцы коснулись моей талии, и я воспламенилась, будто он уже раздел меня и высек.

– Красивая церемония. Но ты мог бы одеться не в стиле злобного лепрекона, – поддразнила я.

Идеальный момент: романтичная музыка, будто мелодия любви, колкие разговоры, словно куплеты, которые не выкинуть из песни, и мрачные фантазии, как припев, необходимый для наших отношений.

– Пат, не забудь, что в пятницу сеанс у миссис Гомес. Тебе пора разобраться со страхом сцены.

Ах да. И по возможности здоровая психика двух извращенцев.

– Мне кажется, я хотела стать актрисой, чтобы родители меня заметили, – сказала я неуверенно. – Что-то вроде бунта.

– Все равно стоит обсудить, – настаивал Джон.

Никогда бы не подумала, что он станет адептом ментального здоровья.

– Психотерапевт не заберет у тебя садистские наклонности? Мне не нужен скучный бойфренд, – я показала ему язык.

– Ни за что в жизни, – его руки стиснули мои ягодицы, – я столько всего с тобой не сделал. И миссис Чанг знает, что активное согласие партнера отделяет нас от антисоциальных личностей.

– С Дорианом ты повел себя антисоциально, – отметила я. Мне льстило, что Джон раскрыл целую преступную схему ради меня, но он только получил наследство, он достоин долгой и счастливой жизни.

Разумеется, со мной.

– Мы уже обсудили тот случай, – ответил Голдман.

В сумочке зазвонил телефон. Пока мне снова не пришлось краснеть за текст песни «Cola», я достала мобильный и ответила:

– Алло?

– Патриция! Привет! Фильм получил приз от жюри! Как обещал, половина суммы твоя. Куда перевести деньги?

– Хогарт?! – заорала я в трубку. – Ты жив?!

Никогда бы не подумала, что так обрадуюсь звонку своего режиссера.

– Тебя не убили?

– Хрен им всем! Как только запахло жареным, я уехал в Европу.

От облегчения я не могла перестать смеяться.

– Чего звоню-то… Могу прислать новый сценарий? Твое имя будет рядом с моим. Теперь все официально. Согласна?

– Боже, Хогарт… – Я провела ладонью по лбу, стирая пот. – Дай переварить тот факт, что ты живой. Созвонимся утром, ладно?

– Кто это? – Собственнические ноты в голосе Джона заставили мою кожу вспыхнуть. – С кем ты собралась созваниваться?

– Хогарт. Мы с ним что-то вроде бизнес-партнеров.

Я пересказала Джону о сотрудничестве с режиссером.

Голдман внимательно меня выслушал и спросил:

– Почему ты не хочешь сама писать сценарии? Или снимать кино?

– М-м-м… Наверное, потому что у меня нет своей студии?

– Как это – нет? – Он обвел ладонью зал: – Вот съемочная площадка. Три этажа, подвал и огромный полет фантазии.

Я нахмурилась, а Джон добавил:

– Подумай, Пат. У нас есть локации и все знания, чтобы снимать фильмы: правдивые, эстетичные. Ты постоянно покупаешь романы с черепами на обложках. Думаю, связи Дерека помогут нам договориться об экранизациях, если ты того пожелаешь, а я пусть и отдал компанию отца Гаррету, по-прежнему получаю неплохие дивиденды. Тебе необязательно снимать эротику. Ты способна на все.

Я… режиссер? Давление подскочило. Я грезила о карьере актрисы, но жизнь показала, что наши мечты – это маленький островок в огромном мире возможностей. Надо пробовать, ошибаться, пробовать снова.