Онлайн книга «Твои валентинки»
|
Вот и закончилась сказка. Карета превратилась в тыкву. А я в этой квартире не оставлю даже туфельки, чтобы никогда не возвращаться. Нет смысла посыпать голову пеплом, пытаясь найти объяснение прошлой ночи. Она уже случилась. Возможно, так и должно было произойти, чтобы я смогла отпустить прошлое. Финальный аккорд, на котором все закончится. Тот самый пластырь, который срываешь быстро и болезненно, чтобы дать ране возможность затянуться. И никаких ложных способов оправдать себя и его, оставляя шанс для глупой надежды. Все закончилось. Люди так устроены – неизвестность страшит, а известное, даже болезненное, ощущается нами как тихая гавань. Я наконец-то заплываю в свою. Даже не злюсь. На него нет. На себя, может быть, немного. Главным образом за то, что в какой-то момент полностью утратила связь с реальностью. И позволила себе то, что позволять никак нельзя было. Я даю себе еще несколько минут полежать в тишине, успокаивая сердце. А потом иду в туалет, одеваюсь и ухожу, захлопнув дверь. Так, как он и просил. Такси. Сообщения в телефоне от мамы и Эльзы, на которые пока не хочется отвечать. Горечь. Пустота. Тоска. Знакомый двор. Подъезд, в котором пахнет сыростью. Ключ в замке. Сбрасываю туфли в прихожей, хочу сбросить с плеч и повесить на крючок пальто, но так и застываю на месте, потому что спину и лопатки начинает покалывать. Резко оборачиваюсь, ощущая, как заходится в нервном безумстве сердце. Муж стоит, лениво прислонившись плечом к дверному косяку в кухне. Обычно в это время он на работе и… Ах да, сегодня суббота. На нем свежая футболка с заломами на ткани в тех местах, где она была сложена, и домашние спортивные штаны. Лицо выбрито. Волосы влажные после душа. Ноги босые – о них трется наша кошка. Тяжесть эмоций валит меня с ног, многотонным грузом подминая под себя плечи и грудь. Я прислоняюсь спиной к двери, как к верному другу, вполне искренне сомневаясь в своей способности выстоять в одиночку. – Покормил ее, – сообщает Артем спокойно, не сводя с меня глаз. Серых с зелеными крапинками, обрамленных длинными ресницами, которые несправедливо достались мужчине. А на его лоб падает темная, слегка волнистая прядь. Черт. О кошке я вчера вообще не подумала. Надо признаться, вчера я вообще ни о чем не думала. А надо было бы предположить, каким мучительным может оказаться утро. Возможно, это бы отрезвило. Хотя кого я обманываю? Резко отворачиваюсь, делая вид, что очень интересуюсь содержимым карманов моего пальто. – Нам надо поговорить, Саша. Он снова за моей спиной. Как ночью. Не касается меня. Выжидает. Будто нарочно обволакивает теплом и своим запахом, мешая мне сосредоточиться. – Не о чем. Это все… Эта ночь ничего не значит, – даже мне самой этот аргумент кажется неубедительным. Блеклым в сравнении с тем, что происходило между нами всего несколько часов назад. Тогда это значило очень много. Просто не для нас настоящих. А для тех двоих, что встретились случайно в баре и оказались настолько захвачены эмоциями и друг другом, что совершенно потеряли голову. – Ты сама не веришь в то, что говоришь, – произносит спокойно, но я ощущаю в его интонациях сомнение. – Откуда такая самоуверенность? – мой голос звучит вызывающе и резко. Я готова кусаться, как раненый зверек, загнанный в ловушку. |