Книга Твои валентинки, страница 75 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

– Сейчас снова ведь сбежишь и еще десять лет будешь делать вид, что мы никогда не были знакомы? – спрашиваю, когда он отстраняется. Ничего не могу с собой поделать, и слезы, которые я до этого момента вполне успешно сдерживала, срываются с ресниц.

– Ни за что, – он осторожно стирает их с моих щек, – я больше не такой придурок, как раньше.

Такой, не побоюсь этого слова, волшебный момент рушит безжизненный женский голос, объявляющий мой этаж, и двери открываются.

– Верю, – коротко отвечаю, хотя в голове теперь еще больше вопросов, и выхожу из лифта.

Я точно не переживу, если Семен снова сбежит от меня, поэтому опережаю события и сбегаю сама.

– Сима, подожди! – он догоняет меня у двери моей квартиры и берет за руку.

– А чего ждать? Еще десять лет, когда ты окончательно перестанешь быть придурком и сможешь сделать следующий шаг? – чувствую, что новые слезы вот-вот покатятся по моим щекам, но не понимаю, от радости или обиды.

– Сима, я влюблен в тебя с того момента, как только начал понимать, что это такое. Я столько раз хотел тебе признаться, но поверила ли бы ты мне тогда, после выпускного? Ты бы решила, что это очередная глупая шутка.

– Я и сейчас так думаю, если честно, – сквозь слезы усмехаюсь я.

– Дай мне шанс, прошу тебя.

Я молча киваю. Чувствую, что он изменился. И я практически уверена, что тогда, десять лет назад, у нас все равно ничего бы не вышло. Я привыкла называть его придурком, но не думаю, что сама была тогда хоть немногим умнее.

– Органы котоопеки решили, что вам можно вернуть котородительские права, – улыбаюсь и достаю из кармана ключи.

Я не привыкла разбрасываться громкими словами о любви. Но Семен, кажется, и не ждет их от меня и улыбается мне в ответ. Потому что понимает, как эта фраза переводится на язык всех нормальных людей. Я точно знаю это.

– Можешь оставить его себе, это все равно не мой кот, – вдруг смеется он, и мне хочется его убить.

– Что. Значит. Не. Твой. Кот?! – цежу сквозь зубы и снова жалею, что мои ногти слишком короткие, чтобы расцарапать ему лицо.

Если то, что он мне говорит, правда, а не очередная идиотская шутка, то я потеряла уйму времени. Страшно представить, как тяжело людям, которые сейчас ищут своего любимого питомца по всему городу. А если там ребенок, который плачет все эти дни, потому что потерял своего единственного друга?!

– Остынь, Кошка, – вновь смеется он. Я все еще злюсь, но уже готова простить его, лишь бы чаще слышать этот смех. – То и значит. Я увидел сообщение в чате. Тут же вспомнил о тебе, открываю аватарку, а там и правда ты. Подумал, это сама судьба дает мне второй шанс, и решил рискнуть. Раз сообщение все еще висит в чате, то хозяина ты, скорее всего, еще не нашла.

– Ты хотел украсть у меня кота?!

– Нет. Я хотел поговорить с тобой. Объясниться. А дальше… не знаю, не придумал. Но ты сама не стала возвращать кота, и вот мы тут.

Хочу ответить, что он все же точно такой же придурок, каким был раньше, но сдерживаюсь.

– А хомяк? Тоже украл у кого-то?

– Нет, хомяка пришлось купить. Бонифацием назвал, раз коту это имя не прижилось.

– Ты ведь понимаешь, что теперь тебе придется вместе со мной расклеивать объявления по всему району, чтобы найти настоящего хозяинаЛыси Попи?

– Да, – кивает он, – я на это рассчитывал. Но, может, сначала меня хоть чаем напоишь? Как аванс за работу кошачьего волонтера.