Книга Твои валентинки, страница 133 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

– Ты… – Осекшись, он поджал губы, о чем-то задумавшись, и только потом продолжил: – Ты была великолепна. Твоя музыка такая… – с каждым словом он подходил все ближе, и я, будто действительно став его отражением, делала то же самое, – такая живая. Какой я всегда и надеялся ее услышать.

Оказавшись на расстоянии пары шагов, мы остановились.

– Жаль, что родилась она вопреки, а не благодаря мне, – заключил он. – Я проиграл.

– Ну, кое-чему ты меня все же научил, – призналась я, переминаясь с ноги на ногу и смущенно улыбаясь. Джулиан вопросительно приподнял бровь. Когда-то в этом движении чувствовалось высокомерие, сейчас – лишь чистый интерес. – Например, тому, что даже музыкальным гениям не чужды обычные человеческие страхи.

Джулиан усмехнулся, а затем поймал мой взгляд. И произнес уже серьезно, проникновенно, вложив в три простых слова все свои чувства:

– Прости меня, Мия.

Протянув мне раскрытую ладонь, он ждал моего решения.

На глаза навернулись слезы, пока я смотрела на его руку, понимая: стоит мне принять ее, и уже вряд ли смогу отпустить.

И все же… какие могут быть сомнения, если все чувства тянутся к Джулиану? Он всегда был единственным. Всегда был тем самым.

Кивнув, я встретила его взгляд и уверенно вложила в его ладонь свою. Джулиан тотчас расплылся в улыбке и поднес мою руку к губам. Не отрывая от меня взгляда, поцеловал костяшки.

– И что теперь? – спросил он полным надежды голосом.

Я пожала плечами и лукаво улыбнулась, чувствуя, как все нутро переполняет безмятежное счастье. Счастье и… свобода.

– Теперь… Сыграем дуэтом? Начнем все с чистого листа? На равных.

– На равных… – задумчиво повторил за мной Джулиан, будто пробуя слова на вкус. – Мне нравится, как это звучит.

Наклонившись и оставив на моих губах нежный поцелуй, Джулиан перехватил крепче мою ладонь, переплел наши пальцы и повел меня за собой. В наше будущее, где мы сумеем наглядно показать, что даже из самых диссонансных аккордов способна родиться великая симфония длиною в жизнь.

Мы напишем и исполним ее сами, держась за руки и смело шагая вперед.

Наполним искренними и чистыми чувствами.

Нашими чувствами.