Книга В постели отчима, страница 86 – Саша Найт

Знаю, о ком она хочет рассказать. Дядя Камал. Строгий и серьёзный мужчина, кавказец. Мне было двенадцать с копейками. Я опять называла маму «сестрой», а ещё терпеть не могла оставаться у неё тогда на ночь, потому что дядя Камал считал, что ребёнок женского пола обязан сидеть дома, учиться готовить, прибирать, и ухаживать за «главой семьи». А если и вышла во двор поиграть после школы, то в шесть вечера строго домой, иначе точно вырастет «блудница».

– Его семья хотела невесту по национальности и вере. Нашли ему какую-то малолетку из аула. Он сопротивлялся, говорил, что на мне женится. А когда соседка проговорилась, что ты моя дочка, а не сестра, такой был скандал! И, конечно, он меня бросил, – мама снова смотрит почти осуждающе. Будто бы я корень всех проблем. – А затем дядя Сева…

Всеволод, которого даже «дядей», коих в моём детстве было очень много, язык не повернётся называть, почти стал моим «отцом». Мама тогда долго не решалась даже своей сестрой меня объявить. Не знакомила. А потом внезапно сказала бабушке, что забирает меня к себе жить.

Я так радовалась! Впервые мама хотела со мной именно жить, а не брать на несколько дней, возвращая обратно. Три месяца до тринадцатилетия, период взросления, первые месячные, первые прыщи, первые серьёзные изменения фигуры.Мне тогда очень нужна была мама. Казалось неправильным что-то такое спрашивать у бабушки, ведь она старенькая. А мама молодая, точно всё знает. На удивление, мы не переехали к ней, а сразу в большую четырёхкомнатную квартиру Всеволода, в новом доме, в Центральном районе. В ней даже заранее обустроили мою новую спальню с кукольным домиком.

Они встречались дольше всего. Всеволод не мог иметь своих детей, но очень хотел. Поэтому, относился ко мне как к своей. Называл дочкой, одаривал дорогими подарками, всегда был на моей стороне в спорах с мамой. Однажды летом, после нашей поездки к морю в его дом на побережье Анапы, мама сказала, чтобы я звала его папой. И мне так хотелось семью. Чтобы как у всех. Чтобы счастливая любящая мама и надёжный, как скала папа.

Потом мы ненадолго переехали к маме, пока они делали в квартире мужчины ремонт. Тогда всё и началось. Очень жаркое лето, когда я носила те самые шортики, которые купил мне её мужчина. Слишком тёплая осень, когда он возил меня в школу, рассуждая, что я уже взрослая и мне очень идёт школьная юбочка.

Я не понимала, что он говорит что-то неправильное. Не понимала, что делает что-то неправильное, когда Всеволод начал чаще меня обнимать, и с каждым разом эти объятия всё сильнее переставали походить на отцовские. Не понимала, но подсознательно чувствовала себя почти грязной. Мама быстро заметила. И тут же выгнала его со скандалом. А потом молча, без объяснений, вернула меня к бабушке с дедом.

– Потом были другие. Но не складывалось. И наконец-то я встретила Диму! Сразу влюбилась в него как девчонка. А он предложил пожениться. Знаешь, как я этого ждала? Как была счастлива? – эмоционально продолжает мать. – Дима не мужчина, мечта! Идеальный.

Знаю. Знаю, как никто другой. Но только не понимаю, зачем мама мне всё это говорит.

– Может быть, у тебя сложилось впечатление, что у нас натянутые отношения… Но мы жили, душа в душу. Он ведь так обо мне заботился, что даже не брал незамужних в команду. Переживал, что я буду нервничать. Ну ты и сама наверняка слышала… – прикусывая губу, напоминает мне мама, мечтательно откидывая голову на подушку кресла. – Мы немного повздорили перед вашей командировкой в Сочи. Он меня сильно приревновал. Ты прости, дочка, что тогда на тебе сорвалась. Знаю, ты никогда бы не помыслила так поступить сомной.