Книга Бывшие. Ненавижу, но люблю, страница 40 – Саша Найт

— Торт называется «Сердце бывшего». Надеюсь, я тебя удивила? — радостно ударяю ножом ещё пару раз, под недоумённым взглядом Золотарёва. — Приятного аппетита, соседушка!

И пока он не отошёл от моего представления, быстро сбегаю прочь, изображая злодейский смех.

Вторник, вечер. Заканчиваю работу, радуясь очередному дню, когда температура на солнце не превышает двадцать семь градусов, а небо периодически затягивает облаками.

— Всегда знал, что в тебе есть задатки маньячки, Насть. Теперь я буду запираться на оба замка. А то ещё прирежешь ночью, — вместо приветствия говорит Дём, встречая меня на парковке за кофейней-кондитерской. Точно вчерашний тортик припоминает, паршивец.

— Куда едем на этот раз? — игнорируя его высказывание, спрашиваю я, садясь в машину. — Или ты уже сто раз пожалел, не выдержав мой ужасный характер, и приехал попрощаться?

— Не дождёшься, — смеётся сосед, сворачивая на Курортный проспект. — Всего лишь карусели в «Сочи-парке».

Наверное, он ожидает от меня гневной тирады, вроде: «Зачем ты везёшь меня в детский парк, идиот?» Но я ничего подобного не говорю. Наша сделка длится уже третий день, но это впервые, когда мне начинает казаться, что я не зря согласилась.

— Только не говори, что не была в парке аттракционов? — Дём удивлённо оглядывается на меня, выгибая бровь.

— Конечно, была. Лет десять назад, — произношу это с лёгкой грустью.

Потому что и правда как-то печально. Сколько раз я смотрела на эти яркие фотографии радостных девушек в соцсетях, которые позируют на фоне каруселей, пытаясь сделать вид, что луна-парк в каком-нибудь Урюпинске — самый настоящий «Диснейленд». Но сама ни разу не нашла времени сходить. Кстати, наш «Сочи-парк» вполне себе на «Диснейленд» похож. Убеждаюсь, когда мы заходим на территорию. Раньше я видела его только с набережной Олимпийского парка.

Красота! На фоне большущего озера-фонтана возвышается сказочный средневековый замок с яркими, разноцветными башенками, а ещё огромные карусели. На небе сиреневато-оранжевые облака, добавляющие ещё большую яркость этой картинке прямиком из счастливого детства.

— И какое задание будет сегодня?

Мы вместе проделали путь из Сочи в Адлер, а Демид ни разу не заикнулся о его сути.

— Быть рядом.

— Что? В каком смысле?

Дём закатывает глаза, и поворачивается ко мне, подступая очень близко. Что за привычка у него нарушать мои личные границы⁈

— Просто будь рядом сегодня. Куда я, туда и ты, — почти что по слогам говорит он, как малому ребёнку.

Ага! Так вот что задумал? Сейчас усыпитмою бдительность каруселями, а потом заставит идти с ним в его квартиру, запрёт и сделает своей сексуальной рабыней⁈

— Я что, как собачка должна за тобой таскаться? Везде-везде?

— Везде. Пока я не отвезу тебя домой.

— Может, ещё на цепь меня посадишь?

— Если ты так сильно хочешь, Птичка…

Он шепчет это так тихо, что приходится напрячь слух, чтобы расслышать. А потом прижимает к себе так близко, что все мысли куда-то испаряются. Рука соседа медленно оглаживает голый участок моей поясницы, между коротеньким голубым топом и светлыми рваными джинсами. А второй рукой скользит по предплечью вверх, вызывая мурашки, касаясь шеи.

— Карусели так карусели. Веди, — решительно говорю я, резко и совершенно неловко отскакивая от Золотарёва.