Книга Измена. Твоя красивая ложь, страница 39 – Саша Найт

— Ах, да! Кого вообще может во мне что-то интересовать, кроме тела? Прости, забыла! Тебя же очень интересовала я, как удобная жена и дочь твоего начальника!

Набравшись сил, скидываю руки Олега с себя и отступаю на пару шагов от него. Не хочу, чтобы всё выглядело так, как будто он защищает меня. В этот раз я в состоянии дать отпор изменщику сама! Но Фадеева уже не остановить:

— Не оправдывайся перед ним, Вера! — друг встаёт передо мной, разрывая наш зрительный контакт с мужем, заглядывая своими карими в мои голубые. — Абрамов не стоит и твоего волоска! Он уже предал тебя, и снова предаст, — нежно, как будто я фарфоровая драгоценная ваза, он берёт моё лицо в свои холодные ладони. — Я ждал тебя столько лет. Я буду любить тебя так, как не смог полюбить он. Я никогда не уйду от тебя, как ушёл он!

Я раскрываю рот, закрываю. Снова открываю, чтобы спросить, что, чёрт его дери, он за глупости говорит. Как вдруг Глеб рывком оттаскивает Олега от меня.

— Я сказал тебе замолкнуть, Фадеев! — припечатывая мужчину к земле, рычит муж.

Его кулак впечатывается в лицо Олега. Как будто в замедленной съёмке я наблюдаю, как тонкая струйка крови брызгает из его ноздри и течёт по щеке.

— Что ты творишь, Глеб? Ты мафия что ли, чтобы вести себя так⁈ — взвизгиваю я, неверяще уставившись на мужа.

Я никогда не видела его таким! Муж, который был профессионалом в переговорах. Который умел заставить молчать одним только взглядом. Который сохранял хладнокровие всю свою жизнь! А теперь напился до чёртиков и напал на Олега, как какой-то хулиган. Олег не лучше, специально ведь Абрамова провоцировал, но с ним я ещё разберусь. Главное — остановить этот ужас, пока на потасовку не сбежались гостиили работники пансионата.

— Что тебя удивляет, Вера? — хрипло изрекает Фадеев, всё ещё лёжа на снегу и полным ненависти взглядом прожигая Абрамова. — Он бесится, потому что видит, что ты не льёшь по нему слёзы! А ещё наконец-то осознаёт, что бросил великолепную, удивительную девушку, ради какой-то дешёвки! Что, Абрамов, тебе, наверное, обидно, а? Приехать сюда и застать бывшую жену с её новым мужчиной?

Глеб снова припечатывает Олега к земле. Фадеев же победно усмехается, и в следующую секунду удар коленкой прилетает моему мужу куда-то под рёбра. Абрамов заходится кашлем, но не отпускает противника. На мои крики с просьбами остановиться, никто из них, конечно же, не реагирует.

— Я сказал что-то не то? — смеётся друг детства. — Правда глаза колит? Ты отказался от Веры, Абрамов. И теперь не мешай нашему счастью!

— Ты так много болтаешь, Фадеев. А сейчас послушаешь меня, — голос мужа становится таким, каким я его знаю. Он говорит тихо, вкрадчиво, почти ласково. Но каждое слово забирается под кожу. — Я собственными руками убью тебя, если ещё слово своей поганой лжи скажешь. Со своей женойя разберусь сам, не смей лезть!

— Снова сделаешь ей больно? Я не позволю! Ты больше не имеешь прав на Веру, поэтому убирайся туда, откуда приехал! Она уже выбрала меня. Может, сама ещё не понимает, но знает, что я лучше тебя!

Муж снова обрушивает на Олега удары один за одним, не давая ему и возможности пошевелиться.

— Глеб, оставь его… Умоляю… — сжимая в пальцах края шубы, молю я. — Ты же убьёшь его!

Абрамов снова прожигает меня взглядом. И там такая гамма чувств, что мне становится дурно. Фадеев, улучив момент, тут же ударяет мужа куда-то в район скулы, отталкивает от себя Глеба и поднимается на ноги. Вытирает рукавом окровавленную губу, и начинает смеяться.