Книга Чужой муж, чужая жена, страница 45 – Саша Найт

Захожу в прихожую, хлопаю дверью и снимаю ботфорты. Вещаю дублёнку-жилетку на вешалку. Иду в сторону спальни, желая поскорее стянуть с себя трикотажный костюм, но застываю посреди коридора.

— Где ты была?! — срывается на крик муж. — Где ты, твою налево, была?

Прижимает меня к стене, зажимая руки по бокам.

— С катушек слетел? У родителей! — стараясь не выдавать паники, отвечаю я.

— Врёшь, Оксана! У тебя слишком довольное лицо! Говори правду сейчас же!

— Где Ева?

— Спит. Мы тебя тут с ночи ждём. Я не услышал ответ на свой вопрос.

— Тогда не ори при ребёнке! — шиплю я в ответ. Не хватает, чтобы дочь разбудил.

— Отвечай на вопрос. Ты моя, и я хочу знать, где ты шлялась и почему выглядишь такой довольной. Ещё и тряпки облегающие напялила, даже мама заметила! Почему я должен выслушивать её нотации из-за тебя?! — муж дёргается в мою сторону, не выдерживая, больно хватая за плечи и сильнее прижимая к стене. — Кто позволил тебе стать такой своевольной?!

— Убери свои руки, иначе… — сдерживая слёзы шепчу я.

— Иначе что, Ксеня? — Багрянцев выплёвывает моё имя, как оскорбление. — Что ты можешь? Ты забыла, что моя, но ты вспомнишь. Не сопротивляйся, дорогая.

И я ощущаю его руку на собственном затылке и резкую боль в области рёбер от хвата второй руки.

— Нет…

— Что «нет»? Ты так старалась, наряжалась в эти облегающие тряпки, не хочешь порадовать своего мужа? — притворно удивляется Егор, сжимая на моём подбородке пальцы. Ещё чуть-чуть и челюсть свернёт, ей-богу. — Или ты не для меня наряжалась, а?!

— Не трогай меня, ненормальный! Ева услышит!

— Так замолчи, чтобы не услышала, и делай, что я говорю. Я не хочу делать тебе больно, Оксана, но ты вынуждаешь меня.

Муж качает головой, а вид у него при этом такой осуждающий, как будто я на его глазах стащила деньги из церковного ящика для пожертвований.

— Вынуждаю не я, а твой больной разум! Прекрати, прошу тебя. Иначе… Иначе я уйду от тебя, понял? — чеканю я, и тут же понимаю, какую совершила ошибку.

Вскрикиваю от грубого удара кулаком в район скулы. Зажимаю рот ладонью, чтобы только дочь неуслышала мои всхлипы. На щеке горит неприятным ожогом удар.

Мне бы вырваться из этой ядовитой хватки. Сбежать прочь, голову не оборачивая и не говоря «прощай» напоследок. Но я так боюсь за дочь. Боюсь, что он тронет её, чтобы мне больно сделать. Егор даже не пьян. Он трезв и всё равно поднял руку. А я перед ним опять чувствую себя унизительно слабой, мизерной блохой.

— Уйдёшь, говоришь? Ха! Я заставлю тебя ползать на коленях, стирая их в кровь, чтобы ты навсегда запомнила, кто твой хозяин.

— Прошу тебя, Егор, остановись, ради бога, — молю я, собирая последние крупицы упорства.

— Какая же ты красивая, когда просишь меня. Не перечь мне больше, и я сделаю для тебя всё! Мне нравится твоя мольба в голосе, Ксеня. Всегда бы так!

Муж прижимает меня своим телом к стене ещё сильнее. Расплывается в довольной улыбке.

— Я же говорил, тебе и со мной хорошо, правда? Зачем родители, друзья, когда есть я? В конце концов, это для твоей же безопасности, чтобы всякие уроды не пялились на твоё тело, — проводит рукой по промежности, оглаживая её через ткань юбки, а мне так тошно. — Боль скоро пройдёт. Это всего лишь показатель моей любви к тебе. Для твоего блага. Чтобы другие знали и не подходили. А теперь покажи, как хочешь меня.