Книга В постели сводного брата, страница 71 – Саша Найт

– Ладно, это не так плохо, как я думал.

– Я же говорила!

Глаза Коршунова всё ещё закрыты, и, поддавшись порыву, я позволяю себе вольность. Подступаю ещё на шаг, утыкаюсь носом в ключицу, теснее прижимаясь к его телу. Марк же приобнимает меня, поправляя воротник на лёгком пальтишке, и молча о чём-то думает. Он последние дни часто такой, слишком задумчив, весь в себе.

– О чём ты думаешь? – поднимаю голову и заглядываю ему в глаза.

Сводный переводит отрешённый взгляд на меня и смотрит так, как будто хочет сказать что-то важное, но тут же передумывает, только сильнее прижимая меня к себе за плечи.

– Да так. Не заморачивайся, Воробушек. Это неважно.

Ухмыляется и его задумчивое настроение сменяется на более привычное – наглое и самодовольное. Вижу это по глазам. Я уже знаю. Научилась его понимать. Но внутри всё равно гложет. О чём Марк так усердно раздумывал, с серьёзным видом? Зачем поглаживал меня по спине, как будто я для него что-то хрупкое и ценное?

От того непривычного парня и следа не остаётся, он снова ехидничает:

– Нет, всё-таки твои прогулки с разговорами – это скучно. Через пять дней я покажу тебе, как можно провести время гораздо интереснее, Романова. Тебе понравится.

Всё прекрасное настроение, как рукой снимает. Опять всё портит!

– Надеюсь, ты осознала, что я настроен серьёзно? – гладит моё лицо, убирая заухо выбившуюся из хвостика прядь. – Я дал тебе это время, чтобы ты поняла: меня не изменить. И дал время, чтобы ты привыкла ко мне. Вот только многого от меня не жди, Воробушек. С терпением у меня беда.

– А я верю, что ты просто носишь маску, Марк. Верю, понял?

– Как глупо.

– И пусть.

– Разочаруешься ведь, – на этих словах он отпускает меня, отстраняясь. – На сегодня прогулка окончена. Если хочешь, поехали со мной на гоночную тренировку. Если нет, то беги, пока отпускаю.

– Какой же ты… – раздражённо выпаливаю я, не в силах подобрать слов.

– Красивый? Сексуальный? Великолепный? – хмыкает Коршунов.

– Болван! – выкрикиваю я.

Тут же срываюсь с места и бегу со всех ног к парковке. Хорошо, сюда мы приехали на двух машинах.

– Я не достучусь до него, да? Бог ты мой, во что я ввязалась? – прислонившись лбом к рулю и медленно съехав по креслу вниз, произношу я, пытаясь переварить всю ситуацию.

Дорога до дома проходит спокойно. Даже когда в пробке стою, стараюсь не думать. Но всё равно думаю о том, что у меня пять дней. Всего пять, чтобы показать Марку, что бывает по-другому. Не так, как он привык.

Чувствую себя глупой дурочкой из подросткового романа, которая считает, что может «изменить» парня. Нет, изменить и правда нельзя. А вот попытаться вылечить – возможно. Только нужно найти другой подход.

Дома беру Бусинку и, несмотря на разгулявшийся к вечеру прохладный ветер, надеваю на неё свитерок и веду на аллею. Гулять собачка в такую погоду совсем не желает. Быстро делает свои дела, убираю за ней, и она сама тащит меня со всей силы домой.

– Арина, постой! – слышу знакомый голос Титова, не успевая всего двухсот метров до дома дойти.

Вздрагиваю, обхватывая себя руками и крепче сжимая поводок. Не останавливаюсь. Упорно иду к пешеходному переходу, борясь с потоками ветра. Нет, что ему нужно?! В институте я избегала наших встреч, и Марк вечно крутился рядом. На смс-ки не отвечала. Да и сам изменщик не сильно активно пытался вымолить прощения. Но сегодня почему-то решил явиться. А я одна на улице, становится не по себе, ускоряюсь. Почти дохожу до спасительного забора дома.