Книга Заберу твою дочь, страница 45 – Руби Райт

— Не возвращайся домой. Давай уедем на время? — Идеальное предложение.

— Это не выход. Он найдет меня и в другом городе, и в другой стране.

— И что делать?

— Победить его, — говорю уверенно.

— И как?

— Настюха знает…

В палате я провела минут пятнадцать. Не хотелось подставлять Армана, да и Демиду нужен отдых. Он хоть и не показывал, что ему плохо, но я видела. И мое сердце разрывалось от боли. От обиды, от жалости…

После больницы пообедали с ребятами в кафе. Они меня так поддерживали… Настя без остановки генерировала идеи, а Арман на нее смотрел влюбленными глазами.

Я рада за них. Они вместе и счастливы. Все время касаются друг друга. Арман нет-нет, да поцелует ее в оголенное плечико. Смотрю, и душа радуется.

Заехали в студию, я поговорила с Лидией Яковлевной. Она вошла в мое шаткое положение и сказала, что найдет, кто меня подменит на время.

Но я не планирую бросать тренировки, бросать своих ребят. И не брошу. Будет так, как хочу я, а не отец.

— Почему так долго? — с порога уже допрос.

По всей видимости, отец только вернулся с работы. И начал сразу с нападок, даже разуться мне не дал.

— Обедали в городе, потом на работу заехала, — объясняюсь, но это глупо. Он точно знает, где я была.

— Еще где была?

— Ты же знаешь, зачем спрашиваешь? — Смотрю в глаза отцу.

— Я тебе сказал не общаться с ним больше.

— А я больше не следую твоим приказам.

— И что ты хочешь? Уйти к нему? С ним жить? А он хочет? Поиграет и вышвырнет тебя. И прибежишь опять сюда, только я не приму. Самира, у этого парня другие нравы, он не будет тебя ценить так, как Тимур. Тимур воспитан в наших традициях, он предан семье.

— Так же, как и ты? Ребенок на стороне — вот это преданность, — язвлю, глядя в глаза собственному отцу. Кто бы мог подумать, что я на такое способна.

— Перестань так со мной разговаривать! — прокричал отец и сделал шаг ближе.

— А то что? Изобьешь меня, как Демида? Я знаю, что это по твоей указке его вчера избили. Только это ничего не меняет.

— Ты больше не выйдешь из дома. Давай сюда свой телефон.

— Не отдам. Это мой телефон. Я сама его себе купила. Ты не можешь его забрать.

— Я твой отец, я все могу…

— Знаешь что, отец, если ты еще раз тронешь его хоть пальцем, я расскажу прессе об Армане. Растопчутвою репутацию. Пусть весь город узнает правду. А если тебя и это не остановит, то я сама вызову полицию и расскажу о том, что ты сделал с бедным парнем…

— Ты мне угрожать вздумала? — отец сжал зубы, держится из последних сил, чтобы не…

— А еще я буду орать и вырываться, когда твои мальчики меня будут силой в ЗАГС тащить. И я никогда не скажу «согласна». И если Тимур меня хоть пальцем тронет, то после свадьбы я сигану с окна. Брак с ним то же самое, что и смерть для меня. Понятно? — тараторю в лицо отцу. Угрожаю и несу все подряд.

Неудивительно, что он не выдержал. Размахивается и бьет меня по лицу. Пощечина от родного папы. Хм, она ничто по сравнению с тем, сколько он мне уже причинил боли.

Ладонь прижимаю к щеке. Глаза полны слез от обиды, от этой несправедливости. А вот отец, кажется, немного сожалеет. Да, он вспыльчив, орет, но чтобы бить…

Не припомню такого.

— Самира…

— За что, пап? — смотрю в его глаза, мои слезами наполнены. Когда он стал таким?

Вопрос остался без ответа. Поднимаюсь к себе и запираюсь в комнате.