Книга Слоновая кость, страница 68 – Мерседес Рон

Честно пыталась пораскинуть мозгами и найти способ сбросить его с себя, но как вообще можно думать в такой ситуации?

– Кричать… Я бы закричала! – выдохнула, пытаясь набрать воздуха в легкие.

– Как маленькая принцесса? – усмехнулся он. Черт возьми, он совершенно не в себе! Слишком серьезно отнесся к предложению научить самообороне.

И тут меня осенило.

Сам того не осознавая, а может, специально, он упирался другой рукой – не той, что прижимала запястья к спине, – в матрас, совсем рядом с моим лицом. Ему и не нужно было задействовать вторую руку, телом и другой рукой он намертво обездвижил меня.

Не раздумывая ни секунды и восприняв серьезно наставления, я быстро продвинулась на сантиметры, которые были нужны, чтобы дотянуться до него, и изо всех сил впилась зубами в его руку. Неожиданная атака и, полагаю, боль от укуса возымели действие, потому что почувствовала, как он слегка ослабил хватку. Дернулась как сумасшедшая, перекатилась под его телом, сумела выскользнуть и встать на ноги. Как только собралась поднять ногу, чтобы ударить его по яйцам, он быстро пошевелился и рукой – не той, которую укусила, – схватил за лодыжку и потянул, заставляя пошатнуться и снова упасть, на этот раз на его грудь.

Я была в ярости, не хотела, чтобы он снова меня схватил. Не нравилось чувствовать себя беспомощной и сдаваться ему на милость не собиралась, так что попыталась отскочить, пока он снова не обхватил за талию… Но он был быстрее и, будто предугадав действия, с силой толкнул на матрас: вновь оказалась под ним, теперь на спине, а он возвышался надо мной, едва касаясь пахом живота.

Обмякла и сдалась, еле переводила дух, как после долгих часов пробежки. Себастьян пошевелил укушенной рукой и слегка поморщился, хотя показалось, что в его карих глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

– Ты не владеешь никакими техниками. С точки зрения теории обучения самообороне – это катастрофа. Но ты взяла яростью и смогла причинить боль, так что сегодняшний урок можем завершить.

Он слез с кровати и, быстро окинув взглядом, повернулся спиной и вышел за дверь.

Грудь вздымалась и опускалась… Лежала на кровати, перебирая в голове неожиданные утренние события. Теперь было ясно, что долгих терпеливых разъяснений от Себастьяна ждать не стоило, он сразу переходил к практике. Долго не могла восстановить дыхание, будто Себастьян все еще придавливал телом, не давая возможности даже моргнуть.

А потом вспомнила. Он назвал мою красоту «неземной». И вправду так думал? И если так… почему произнес это слово, будто это было худшее оскорбление, когда-либо сказанное вслух?

Некоторое время спустя накинула на себя халат и вышла босиком, чтобы поговорить с ним как… нормальные люди.

Не могла даже понять, в каком настроении была этим утром: пробуждение было явно не лучшим. Себастьян, напротив, читал газету и пил кофе. Зайдя на кухню, заметила, что меня уже ждет чашка горячего молока с медом, и Себастьян спокойно стоит перед ней.

Это что – своеобразная «оливковая ветвь»? У нас перемирие?

Села за стол и ждала, что он что-нибудь скажет. Но он молчал.

Взяла в руки чашку и заговорила первой:

– Себастьян, понимаю, что тебе скучно защищать меня и все такое, но если в жизни не хватает экшена и хочешь почувствовать себя Рэмбо или персонажем «Броска кобры», была бы признательна, если бы ты не превращал меня в грушу для битья. Помню, что попросила научить некоторым приемам самообороны, но вовсе не имела в виду подъем в пять утра и ледяной душ. – Себастьян отложил газету и внимательно посмотрел на меня. – Мне не нравится быть загнанной в угол. Не хочу быть обездвижена твоим или чьим бы то ни было телом. Так что извини, но с этого момента прошу учить более… мягко. С чувством такта. Знаю, что таких слов в твоем лексиконе нет, но…