Книга Плен, страница 20 – Нонна Монро

– Рэй сказал, что ты зайдешь за браслетами, – облизнув губы, сказал Морган. Его светлые волосы были затянуты в маленький хвост. Черная рубашка скрывала изрисованные татуировками руки. Поправка: накаченные руки. Не зря же Морган каждый божий день пил протеин. Он единственный отказался от сыворотки, предпочитая выжимать из своего тела невозможное. По этой причине Рэй уважал его, но сам не отказывался от сыворотки. Дело в том, что Рэй ненавидел говорить о своем прошлом, но то, что произошло в его детстве до моего появления и побудило вкалывать сыворотку каждые три месяца. Он больше не хотел чувствовать себя слабым.

В защиту Рэя я должна была уточнить, что в свободное время он сутками пропадал в зале, а перед тренировочными боями отказывался от сыворотки, чтобы быть на равных. Его работоспособность и стремление стать лучшим в своем деле всегда воодушевляли меня и заставляли подниматься ранним утром с кровати.

– Я сложил все в коробку. Если не хочешь смотреть, то давай я. У меня в этом больше опыта.

Голубые глаза с долей любопытства уставились на меня. Я понятие не имела, была это очередная проверка или же Морган действительно вызвался по старой дружбе. Вернее, по старой симпатии.

– Я справлюсь, – чуть грубо ответила и подняла коробку.

– Джи, – вздохнул Морган и поднялся. Я уже стояла спиной к нему, не желая продолжать этот разговор. – Может, как-нибудь поужинаем,что думаешь?

Я не могла найти в себе силы повернуться. В прошлый раз ничего не получилось из-за Рэя. Ему не понравилось внимание Моргана ко мне, а Морган… Он сразу отступил. Не стал бороться и что-то доказывать. Для него я всегда была лишь сестрой Рэя, которую, по возможности, стоило обходить. И даже мимолетный порыв, из-за которого мы немного сблизились, потух быстрее спички, стоило Рэю задать один вопрос.

– Думаю, что у меня нет времени, – холодно ответила я и ушла.

Грегор и Броуди уже сидели в комнате, что находилась за зеркальной стеной. Рэя я не видела, следовательно, и не понимала, должна ли сама надеть браслеты.

– Рэй сейчас придет, – сказал Броуди, накладывая на лицо мазь. Побои Рэя медленно сходили, несколько синяков уже успели пожелтеть. Благо не потребовались швы.

– Я пока надену ему браслет и дам воды.

Грегор странно посмотрел на меня, однако от комментариев воздержался. Он в целом вел себя не так, как всегда. Что-то тяготило его, и никто не знал, связанно это с Ройсом или нет. В любой другой день Грегор раздавал приказы громче Рэя и держал нас на коротком поводке. Сейчас же он больше уходил в свои мысли и игнорировал или отрицал происходящее.

Глубоко вдохнув, я открыла камеру Ройса и зашла.

– Зефирчик, – сипло произнес он и вложил в это прозвище столько радости, что мое сердце невольно сжалось. – Наконец-то что-то приятное в этом месте. Как прошла поездка? Ты хорошо себя чувствуешь? Выспалась?

Каждый вопрос оставлял невидимый шрам в моей душе. Я не отвечала, сконцентрировалась на браслетах и его руках.

– Джиджи, – на этот раз голос Ройса прозвучал обеспокоено. – Как только я освобожусь, то надеру задницу всем, кто испортил тебе настроение.

– Ты и есть причина моего плохого настроения, – вырвалось у меня. Черт, надо было прикусить язык. Грегор и Броуди все еще оставались свидетелями этого дурацкого разговора.