Онлайн книга «Третий (не) лишний»
|
- Запросто, - Яна пожала плечами. – Хоть завтра. Только деньги за две недели не вернут. Нужна уважительная причина – болезнь или смерть, наша или близких родственников. Или стихийное бедствие. Все остальное – мимо кассы. А сумма, как вы понимаете, неслабая. И билеты обратные на самолет невозвратные. - То есть нам тут сидеть еще две недели вот так? – поморщился Антон. – Ничего себе попадос. - Можем проголосовать, - Яна налила еще коньяка. – Это мне тоже пофигу. - Слушайте, ну хватит уже, - Денис вернулся к столу и отобрал у нее бутылку. – И пить хватить, и херню нести. Мы что, подписали контракт, по которому обязаны каждый день трахаться? Не хотим, но все равно обязаны? Не знаю, как вам, мне сейчас неприятна сама ситуация, а вовсе не то, что приходится быть рядом с вами. Все уже произошло. Все было классно. Но больше мы друг друга не хотим, да. Ян, у меня обычно от одного взгляда на тебя вставало. А теперь наелся по самое дальше некуда. Но драмы не вижу. - И что ты предлагаешь? – Антон снова скривился, как будто у него болели зубы. Давайте попробуем все отпустить. Пусть идет как идет. У нас отпуск. Мы на клевом острове, куда вряд ли еще когда-нибудь попадем. Никто никогоничем не обидел. Можем представить, что просто отдыхаем вместе. - А если нас опять друг на друга потянет? - И что? Мы дали клятву, что больше ни-ни? Если всем троим захочется, так мы, вроде, знаем, что, как и куда вставляется, нет? Яна фыркнула, разлила коньяк на колени и расхохоталась. - Этому фантику больше не наливать, - заметил Антон. Как будто ракету с ядерной боеголовкой вернули с готовности номер один на обычное боевое дежурство. Первые два дня все было достаточно напряженно. Грозовой фронт ушел, но погода стояла серенькая, с редкими прояснениями. Влажно, душно, раздражающе. К тому же поналетели тучи москитов, которых раньше, видимо, сдувало ветром. Каждый занимался чем-то своим, сходились только за едой: график дежурств по кухне соблюдали четко. Разговаривали мало. Настроение хоть и сдвинулось с отметки «днище», все же оставалось где-то под плинтусом. Денис пытался проанализировать свои ощущения, но они ускользали. На третий день вечером зачем-то пустили по кругу последний оставшийся в коробке косяк. И неожиданно всех сразу вштырило так, как еще ни разу до этого. Хотя в хорошо знакомом направлении. То ли какая особо забористая дурь попалась, то ли что-то другое сработало – не все ли равно? Антон встал за спиной Яны, сидящей в кресле, и начал медленно поглаживать за ушами. Зажмурившись и разве что не мурлыча, она запрокинула голову, подставляя его пальцам шею. Денис почувствовал, как заполыхало и потяжелело в паху. Почему нет? Что мешает? Кто сказал, что будет плохо? Он подошел, наклонился над ней, обвел языком ее губы по самому краю – и они раскрылись навстречу, как бутон цветка. Грудь в ладони, сосок, сжавшийся от прикосновения – так знакомо, привычно… Да, все это уже было: одуряющий запах ее смуглой от загара кожи, поджатые напряженно пальцы ног… с жутким фиолетовым лаком на ногтях… разметавшиеся по простыне волосы… настырно лезущие в нос… хоть бы заколола, что ли… черт… Денис посмотрел на бледную задницу Антона с красным прыщом, на задранные ему на плечи ноги Яны - пожалуй, не помешало бы уже побрить. На свое собственное хозяйство, которое стремительно уменьшалось в размерах и объемах. |