Книга Господа гусары, молчать!, страница 22 – Евгения Серпента

Алена сидела, напряженно сцепив руки на коленях, и теперь — он знал это! — ее желание уже не было смутным призраком, как вчера. Если бы сейчас ему удалось пробраться руками под все ее тысячи одежек, под дурацкие юбки, колготки и трусы, между судорожно стиснутыми ногами было бы тепло, мокро и скользко. Он представил, как гладит ее клитор, как пробирается пальцами внутрь — и чуть не подставил лярву под черный внедорожник. Надо было срочно взять себя в руки — иначе ведь и не доедут до дома.

Стас хотел ее так, как будто в этом желании смешалось все, что с ним когда-то было. Незнакомое до тех пор томительное волнение, когда вел в танце Эгле. Мучительное, до боли в шарах, вожделение — другого слова не подобрать! — к Маринке, которая дразнила и не давалась в руки, как последняя стерва. Бешеное, но веселое желание, когда прятались по всяким темным углам с Любой.

Они вошли в квартиру, Стас скинул пальто, стряхнул ботинки, с трудом дождался, когда разденется Алена, и повел ее за руку в спальню. Если бы знал, что так выйдет, хоть прибрался бы. Хотя… плевать! Он быстро снимал с нее одежду, а Алена улыбалась, закрыв глаза. Совсем не та дрожащая от страха и нетерпения девчонка, какой была два года назад.

На ней оказались смешные трикотажные трусы со слониками. И даже с дырочкой сбоку. Явно не те, которые надевают, чтобы их кто-то снял, добавив шелком и кружевами еще пару баллов к своему возбуждению. Но Стаса эти слоники и дырочка подстегнули так, что он по-настоящему испугался кончить, не успев начать. Вот было бы позорище!

Он нагнулся и коснулся языком ее мягких темных волос на лобке, прокладывая путь к клитору. Как ни странно, Стас испытывал легкую брезгливость, когда видел тщательно эпилированные пилотки, мерещилось вэтом что-то от педофилии. Большинство его клиенток между ног были идеально гладкими… голыми. Как девочки-первоклассницы. Ничем не прикрытые малые губы выглядывали у них из-под больших, как лепестки хищного цветка, караулящего неосторожную муху.

Алена лежала, закинув руки за голову, ее маленькая грудь с приостренными сосками поднялась высоко, как будто дразнила. Его пальцы глубоко погружались в ее влагалище, возвращались — все в тягучей влаге, скользко и гладко ласкали клитор. Потом то же самое повторял язык, снова и снова.

Тихо постанывая, Алена облизывала пересохшие губы и извивалась под его руками, как тонкая гибкая змейка. Приподнявшись, она коснулась рукой переполненного кровью члена, легко провела по нему языком, обхватила губами головку. Смущенно и неловко, как будто никогда раньше этого не делала.

А может, и правда, никогда, подумал Стас и невольно представил ее в постели с тем хлюпиком. И тут же постарался отогнать эту картину. Не дожидаясь, когда Алена освоит волшебное искусство минета, он мягко отстранил ее. Уложил на спину и начал осторожно покусывать, пощипывать губами ее соски, одновременно медленно, тягуче проводя пальцами от клитора до звездочки. Алена испуганно вздрогнула, и Стас с облегчением вздохнул. Некоторых его клиенток по-настоящему перло от анального секса, а он не мог понять, что они в этом находят.

— Не бойся, — сказал он, возвращаясь обратно. — Все будет, как ты захочешь.

И заметил, как она наморщила лоб, как будто пыталась что-то вспомнить.