Книга Красавица и свекровище, страница 25 – Евгения Серпента

Надеялась — и пролетела. Позвонил Дима и обрадовал: заявление подали, свадьбы как таковой не будет. Распишутся, а на следующий день ресторан для своих.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя, как давит в груди и сжимает затылок.

Вот так и умирают люди от инфарктов или инсультов.

— Признайся, Ксю, ты просто не хочешь отдавать ей сыночку, — подкусила Инга, складывая тонометр. — Немного повышенное, но не критично. Ну а свадьба — подумаешь! Погуляли же у Никиты.

— Не хочу, — пожала плечами я. — Одной курве уже отдала, а эта, боюсь, еще похлеще. Ты бы на нее посмотрела!

— Ты мне фотки показывала. Вроде, на вид вполне приличная женщина.

Я глянула на нее с подозрением.

— Ин, ты меня позлить хочешь? Специально?

— С ума сошла?!

У нее были очки с большим плюсом, глаза и так-то казались вытаращенными, а тут и подавно — как в мультфильме.

— Не обижайся, Ксюш, но ты слишком драматизируешь. — Она примиряюще погладила меня по руке. — Никто не предлагает тебе ее любить. Просто держи нейтралитет. А будешь с ней ругаться, так и Димку от себя оттолкнешь.

Вот что бы она понимала, курица! Замужем не была, детей нет. Откуда ей знать, каково это — когда растишь ребенка, всю себя ему отдаешь, а он раз — и уходит. И какая-то посторонняя девка становится важнее всего на свете. А ты остаешься где-то на заднем плане пыль глотать. Из-под ее копыт.

Когда Дима женился в первый раз, я попыталась с этим чувством справиться. Уговорила себя, что Светочка хорошая девочка, мы с ней будем дружить, ничего не изменится.

Ага, как же!

Она только притворялась милой и сладкой. А Димка, дурачок, потерял голову и забыл, что у него есть мать. Тогда я звонила ему чаще, чем он мне. А то еще и дозвониться не могла.

Ксю, отстань от парня, говорил Толик, у него теперь своя семья, не лезь к ним.

Ну да, все вы такие — давалка с дыркой важнее той, которая родила, выкормила, вырастила. Кобели, одним словом.

Потом Дима сам понял, что мамочка была права, что женушка его оторви да брось, но так вслух этого и не признал. Хотя я видела, как тяжело он пережил развод. И вовсе не хотела для него повторения.

Ну да, у мужика должна быть интимная жизнь, это нормально. Ненормально, когда ее нет. Но жениться-то зачем?

— Инга, ты свекровью не была и не знаешь, что это такое, — сказала я сухо. — Так что не надо тут.

— Не была, — согласилась она. — Но у тебя ведь тоже была свекровь когда-то. Разве нет? Знаешь, каково быть невесткой.

— У меня-то? — хмыкнула я. — Свекровь?

Со свекровью мне повезло — ее просто не было. То есть была, конечно, но жила на другом конце света, в Канаде, со вторым мужем. За всю жизнь я видела ее один раз, на нашей свадьбе. Так что ничего такого представить я себе не могла.

И слава богу!

— Инга, давай закончим, — попросила я. — Не хватало только из-за этого поругаться.

Мы с ней ссорились, конечно, но так… не всерьез. Потому что были нужны друг другу. У нее вообще никого, кроме меня, не было, а я уже лет двадцать дружила только с ней одной. С тех пор, как по примеру бессмертной Людмилы Прокофьевны[7], ликвидировала всех подруг.

Я не любила вспоминать то время. Очень уж тяжело оно далось. Измена Толика с Дианой — моей лучшей на тот момент подругой. Он и до этого тихонько погуливал, но я никак не могла поймать его на горячем. А тогда… все вышло так, что сомнений не осталось. Ни малейших. Дима вто время уже жил отдельно. Я подала заявление на развод, собрала вещи и уехала на дачу.