Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 114 – Яна Смолина

***

Мужчина поднял с пола упавший листок и бережно убрал его к остальным. Он обошёл кровать. Опустившись рядом со спящей девушкой, он придвинулся ближе. В ту минуту внутри него боролись два огня: один из них желал овладеть юным телом, на которое у него теперь имелись все права; другой хотел сберечь её некрепкий сон. Лейс вгляделся в лицо Калли. Беспокойные подёргивания ресниц сообщали о тревожном сновидении. Девушка дёрнулась пару раз всем телом, после чего издала протяжный стон страдания. Лейс в ту же секунду навис над ней, обхватив за плечи.

– Проснись, Каллиопа, –приказал он, вглядываясь в тонкую линию прикрытых век, на которой застыла слеза. – Это всего лишь сон.

Калли раскрыла глаза, заставив слезинку скатиться по щеке. Продолжая тяжело дышать, она постепенно приходила в себя, а когда увидела над собой очень близко мужчину в лёгкой распахнутой сорочке, оголявшей подтянутое тело, даже не успела смутиться. Первым порывом было обхватить его за шею и прижать к себе, что она и сделала, не до конца осознавая реальность.

Лейс опешил, но сопротивляться не стал.

– Простите меня, господин, – прошептала Калли, когда поняла, что творит. – Я думала, что умру. Как хорошо, что вы разбудили меня.

– Что тебе снилось? – спросил мужчина, запуская пальцы ей в волосы и наслаждаясь её ласковыми объятиями.

– Мне снилась бездна, – призналась Каллиопа. – Нет ничего страшнее, чем падать туда, где нет дна и ждать, что вот-вот встретишь смерть. Смотреть вверх и видеть, как полоска света становится всё тоньше, а ты летишь, и нет конца этому полёту.

Она прижалась к Лейсу ещё сильнее. В ту минуту девушка увидела в облике властного, решительного правителя, в самой глубине его прекрасных глаз то, во что с трудом верилось. Не просто так он приволок сюда то, что было ей так дорого, и отправил начальника тайного сыска вернуть её, не просто так стерпел обман с побегом и не стал посылать солдат в дом Арги. Прежняя жестокость и грубость с его стороны казались ей недоразумением. Нет, память обманывала, всё это было не с ней. С ней теперь происходило совсем другое. Сильные руки давно уже ослабили пояс халата и спешили избавить девушку от остальной одежды, её пальцы прокладывали себе путь под рубашкой мужчины, с наслаждением прикасаясь к рельефу упругого тела, поглаживая напряжённую спину. Лейс целовал её шею, губы. Сгорая от нетерпения, он буквально вгрызался в ткань ненавистной сорочки, которая осмелилась скрыть от него всё самое желанное. Даже в порыве необузданного влечения, граничащего с яростью дикой животной похоти, он всё же отыскал в себе силы не разорвать на ней остатки преград, а когда ничто больше не мешало приступу долгожданной близости, всерьёз испугался, что она вот-вот лишится чувств от переполнявших её эмоций. При всём нетерпении мужчина сдержал порыв овладеть ею так, как делал это раньше со своими наложницами. Их чувства егоне особо заботили, чего нельзя было сказать о чувствах девушки, которая, наконец, доверилась ему. Он жаждал, чтобы и она тоже испытала удовольствие, хотел видеть наслаждение в колдовских глазах, поразивших его в их самую первую встречу.

Сплетая пальцы и ощущая под собой податливые движения её тела, Лейс больше не мог сдерживаться. Стоны Калли уже переходили в крик, и как бы мужчина ни упивался зрелищем беспредельного блаженства, которое читалось на её лице, он всё же прервал её истому, накрыв губы любимой требовательным поцелуем. Он хотел эти губы, хотел всю её. Ему мало было одного лишь излияния плоти.