Книга Параллельное пересечение, страница 115 – Яна Смолина

— Глеб Егорович, подождите! — прокричала она. — Чёрт, чёрт, чёрт, — буркнула Даша себе под нос. Делать было нечего — пришлось лезть.

Оказавшись на чердаке, она отряхнула джинсы и огляделась. Если кто-нибудь когда-нибудь решил убраться здесь и привести это место в порядок, то получилась бы вполне уютная мансарда, которую можно было бы использовать как хранилище. Но запустение, царившее здесь, наводило на мысль о том, что сюда почти не ступала нога человека.

Что-то небольшое быстро прошуршало из одного угла в другой, поднимая лёгкие клубы пыли и мелкого мусора. Даша вскрикнула от неожиданности.

— Не пугайся, это Семён, — раздался из темноты голос механика. — Он тут крыс и мышей ловит. Я его кормлю, — мужчина присел на корточки и на его огромные руки немедленно взобрался пушистый серый кот без хвоста и с рваным ухом. Глеб Егорович трепетно гладил котика по плешивой макушке, а тот раскатисто мурчал ему в ответ. — Я подобрал его зимой на трассе полудохлого и еле выходил, но дома оставить не смог — у жены аллергия на кошек. Пришлось сюда привести. Теперь здесь его дом. Духи кота не боятся, но он их видит и шарахается. Думал, сбежит, но нет, прижился.

Мужчина отпустил кота. Тот пару раз потёрся о его ноги и скрылся в темноте чердачного коридора.

— Глеб Егорович, — не выдержала Даша, — я очень вас прошу, скажите мне, что здесь творится? Что, блин, за духи? О чём вы вообще говорите?

Механик махнул рукой, подзывая её следовать за ним. Ему пришлось включить фонарик на смартфоне, чтобы можно было различать дорогу.

— Легенд много, Даша, — начал он, — никто достоверно не знает. Одни говорили, что вельможный князь, влюблённый в актрису, в порыве ревности закрыл её вместе с любовником в одной из комнат на чердаке и устроил там пожар. Другие рассказывали, что был несчастный случай, и актёры угорели в дыму, не успев выбраться.Известно только одно: на этом месте ровно двести лет назад случился пожар, а когда его потушили, обнаружили два обгоревших тела, сжимавших друг друга в объятиях, — механик остановился возле обшарпанной двери и с усилием дёрнул её на себя, открывая вид на такую же запущенную комнату. — Вот это место.

Даша выглянула из-за его плеча. После всего услышанного она готовилась лицезреть здесь следы пожара, обгоревшую мебель и портьеры, закопчённый потолок, но вместо этого её взору открылась пустая комната, в которой не было ровным счётом ничего. Косые окна под крышей кое-где треснули, а старые крепления скривились под тяжестью лет. Даша присмотрелась внимательнее. Теперь уже она подмечала кое-где черноту от сажи и копоти, покрывавшую старые дубовые балки, остатки лепнины и потолок. Она перевела взгляд на спутника.

— Мне говорили, что театр сильно пострадал во время войны, — начала она. — Но тут явно сохранились следы пожара. Или это следы бомбёжки?

— Трудно поверить, — оживился Егорыч, — но при всех разрушениях за годы Великой Отечественной именно центральная часть здания, в которая расположена комната, оставалась нетронутой. Хоть со стороны всё и выглядело как самое настоящее чудо, мало кто мог этому обрадоваться.

— Почему?

— Потому что всякий раз, когда кто-то начинал наводить здесь порядок — снимать шторы или выносить мебель — с ним происходило какое-нибудь несчастье. Старуха вахтёрша, которая работала здесь во время блокады, рассказывала мне, когда я ещё только пришёл сюда, что рабочий, выносивший сгоревший тюфяк, на котором лежали покойники, через день попал под экипаж. Жив остался, но хромал до самой смерти. А костюмерша, снимавшая остатки штор, упала с лестницы и сломала руку.