Книга Яд твоего поцелуя, страница 58 – Диана Фад

— Готовы, Людмила Павловна? — спрашивает меня врач, а я сглатываю ком в горле, киваю.

Мое кресло разворачивают к зеркалу, и я какое-то мгновение просто смотрю на женщину в отражении. Сегодня мне сняли все повязки с лица и головы, и я, наконец, могу увидеть свое лицо. Мой глаз, что открывался лишь на две трети, теперь открыт полностью. На лице есть отечность со стороны, где были шрамы, и синяки, которые уже стали черно-синими. В остальном же кожа идеальна, даже через чур, но это не я.

Мне как минимум сбавили лет пять, да и сам образ, что остался в моей памяти, исчез полностью. Вместо округлых пухлых щек идеальные скулы, маленький изящный носик, губы не вульгарно пухлые, а красиво очерчены. Трогаю их пальчиком осторожно, словно они чужие. Веду по щекам, поднимаюсь к вискам.

— Эта отечность спадет через дня три, синяки примерно через неделю. Останется едва заметная полосочка, но и она пропадет через пару недель. Я выпишу вам специальные уходовые маски и крем для смазывания шрамов, чтобы быстрее убрать последствия, но недели через три вы сами перестанете их замечать.

— Спасибо большое, а как быть со спиной?

— Там мы все поправили, сможете через месяц примерно уже не бояться ходить в купальнике, — улыбается хирург. — Но от солнечных лучей придется поберечься, желательно полгода, да и потом не усердствовать. Ничего полезного для кожи в этом нет. Там тоже постарайтесь накладывать мазь и, если нужно, скрывающий крем. Сейчас швы еще видны, если специально разглядывать, но нужно время.

— Благодарю, — чувствую, как в глазах закипают слезы, и отвожу взгляд от зеркала. Там чужая мне девушка, красивая, изящная, но придется привыкнуть. Теперь я другая, прежней Валерии больше нет.

Хирург уходит, уступая место медсестре, которая обрабатывает мои швы, втирает мазь в спину, что ускорит заживление рубцов. Завтра меня выписывают, и я очень сильно боюсь выходить из клиники. Был бы рядом Илья, я перенесла все спокойнее, но его нет. Он мне даже не звонил все это время.

Я его могу понять, он сделал свое дело и теперь старается забыть обо всем. А мне именно эти воспоминания про тайгу, домик Афанасия, снег стали очень ценными. Поменялась ли я не только внешне, но и внутренне? Конечно. Теперь я и сама чувствую, что стала совсем другой, болееуравновешенной, даже циничной. Думала, что буду не доверять людям, а оказалось наоборот. Вокруг меня столько хороших людей было последнее время, что я стала разбираться в них, верить, но не как раньше, словно слепая. Теперь я видела, как человек ко мне относится, что ему от меня нужно.

Мир неожиданно разделился на плохих и хороших людей, а не как раньше, все добрые, умные и меня любят. Сейчас никто не любил, но и ненависти не было. Ко мне относились просто как к хорошему человеку, а не как к Княжиной, принцессе и папиной дочке, которая без денег ничего не стоит.

И вот моя легенда готова, я держу в руках новые документы. В целом моя жизнь похожа на старую, кроме одного, я все решаю сама. И да, я снова папина дочь, только сделали из принцессы королеву. По легенде отец трагически погиб, мать еще раньше от болезни, а я владею огромным состоянием и развлекательными заведениями в городе Сочи. Если кто и будет проверять, то умные хакеры оформили все так, что не подкопаться. Любая информация обо мне есть в сети, даже детские фотографии загружены. Конечно, все это липа, но на какое-то время хватит. Счет в банке у меня приличный, особняк в Москве, три машины. На все денег, естественно, не хватило, но по документам везде хозяйка я. Как все это провернули старики-друзья Афанасия, я просто не представляю. Да и не вникала в это.