Книга Девять жизней ведьмы, страница 45 – Диана Фад

Днем я отправила Стефану записку, предлагала встретиться в парке Лувра. Мне хотелось поговорить с ним и узнать правду. Я собиралась, крутясь перед зеркалом в новом, темно-зеленом платье с высоким воротником, когда в комнату ворвалась Лисанна.

– Лилианна, ты срочно должна пойти со мной! – сказала взволнованно подруга.

– Куда это? – удивилась я – Я уже приглашена, меня ждет Стефан.

– Не ждет он тебя, – грубо ответила Лисанна

– Его в Бастилию повезли – мои глаза вылезли на лоб, а Феликс, что сидел в углу, тихо крякнул от досады.

– Что случилось? – села я на кушетку, взволнованно перебирая пальцами шерсть кота, который сразу прыгнул мне на колени.

– – Кто-то заявил на Стефана, что это он убил Горданаса. Теперь будет суд и хорошо, если колдун сможет доказать свою невиновность. Через два дня должен состояться выбор нового короля и кто-то намеренно устраняет конкурентов.

– А их много? Кто еще заявлен на трон?

– О, имена всех держаться в строгой тайне, – ответила Лисанна – Но конечно, кого-то мы знаем и так. Как правило, это претенденты из самых влиятельных семей, гадать тут не приходится.

– А куда ты хочешь меня отвезти?

– Стефан послал за тобой, – хитро ответила Лисанна.

– В Бастилию?!

– Да! – захихикала подруга, и я заметалась по комнате.

– Мне нужно сменить платье? – спросила я подругу.

– Думаю, да, что-нибудь потемнее и поскромнее, там… а впрочем, сама увидишь, – загадочно сказала Лисанна и помогла мне расшнуровать корсаж.

Бастилия святого Антония уже давно слыла дурной славой, где содержались преступники и из высших слоев общества. В верхних камерах тюрьмы условия были вполне сносными: узники жили в просторных комнатах с небольшими окнами, забранными решётками. Туда, как правило, помещали тех, кто мог оплатить свое местонахождение здесь с «комфортом». А вот нижние камеры, были ужасны: свет и воздух едва поступали в них, а стены никогда не просыхали. Здесь всегда было темно и сыро, со стен капала вода.

Наша карета подъехала к широкому глубокому рву и остановилась напротив перекинутого через него висячего моста. Я подхватила юбки коричневого шерстяного платья и прошла по склизким деревянным доскам, наморщив свой хорошенький носик. От воды, которая стояла во рве, пахло премерзко: тухлойрыбой, гнилым мясом и даже не знаю, чем еще. Лисанна позади меня прикрыла платочком свой нос и следовала за мной.

На наш стук приоткрылось окошечко в массивных воротах тюрьмы и получив из рук Лисанны бумагу с печатью, с грохотом захлопнулось. Мы стояли добрый час на мосту, когда дверь начала медленно открываться и я, держа под локоть подругу, ступила в ад.

Узкий проход между каменных стен и спуск по лестнице вниз, затем вверх практически в темноте, смрад самой смерти и нечистот, почти лишил меня сознания. Наконец, с громким лязгом перед нами открылась дверь одной из камер и мы вошли, зажмурившись от яркого света. В камере было относительно светло, после темного тюремного коридора. На полу лежал ковер, во второй комнате стояла большая кровать, покрытая дорогим покрывалом. В углу горел камин, распространяя по камере тепло.

Стефан встал при нашем появлении и направился ко мне. Лисанна улыбнулась и вышла, сказав, что подождет за дверью. Мой колдун, несмотря на тюремное заключение, выглядел так, что я не могла отвести глаз, любуясь им. Белая рубашка, расстегнута до середины груди, черные бриджи и мягкие сапоги с пряжками из драгоценных камней. Серебристые волосы завязаны в хвост.