Книга Измена. У него другая семья, страница 27 – Диана Фад

Миша молчит, и я слышу, как он возмущенно дышит в трубку.

— Хорошо, не хочешь по-хорошему, будет, по-моему, — рычит он и отключает разговор.

Закрываю лицо ладошками и плачу. Нет, это не страх, это просто боль. Мне все еще больно от такого отношения мужа. То, как он изменился буквально за несколько дней. Мне обидно, да, очень обидно.

— Какого… Тебе что сказано? Отдых и покой! — заходит в комнату сердитый Любимов, а я начинаю рыдать еще сильнее, — Ну… Рита, что произошло? — садится около кровати на корточки и пытается отвести мои руки от лица, но я отстраняюсь.

— Не нужно, — сквозь всхлипы говорю ему.

— Плачешь из-за мужа? А он того стоит? — Любимый все же убирает мои руки, а я склоняю голову ниже, прикрываялицо распущенными волосами, — Не плач, тебе нельзя, слышишь?

Отводит пряди, заправляя за ушко.

— Он недостоин.

— Я знаю, — начинаю успокаиваться, — Ты ничего о нем не знаешь, как и обо мне.

— Мне достаточно того, что я вижу сломленную женщину, которая не заслуживает такого отношения. Если ты хочешь уйти от мужа, наплевав на то, что ждешь от него ребенка, значит, он полный муд… — голос Любимого обрывается, и он встает, качая головой.

— А если это я виновата и муж пострадавшая сторона?

— Мне нужно в это поверить? — приподнимает насмешливо бровь Сергей.

— Нет, но… — он меня перебивает.

— На данный момент я вижу, что страдаешь ты, плачешь тоже ты, а вот что твой муж рыдает — сомневаюсь.

— Спасибо, — тихо произношу я.

— Так что приводи себя в порядок, спускайся завтракать и снова в кровать. Через час приедет риелтор, посмотришь квартиры. Ты говорила, что должна купить себе жилье.

— Да, все верно, — соглашаюсь я.

— Мне нужно уехать в клинику, в обед приеду сделать тебе укол и прими таблетки, что назначила Изольда Михайловна.

— Слушаюсь, — улыбаюсь его заботе обо мне, — Я могу, и сама себе укол сделать. Утром ты меня напугал, если честно.

— Прости, вошел со шприцем, увидел нетронутую задницу, едва прикрытую одеялом и в голове потемнело, дальше ничего не помню, — усмехается Любимов и идет на выход.

— Еще раз спасибо, — посмеиваюсь я.

— Не забудь, через час, — Сергей уходит, а я встаю и иду в ванную.

Настроение, что мне испортил Миша, неожиданно вернулось и я быстро умываюсь, чищу зубы, привожу в порядок голову. Иногда улыбаюсь, вспоминая про утренний укол и объяснение Любимого. Все-таки врач есть врач, подумаешь, спит человек, зашел и вогнал ему иглу в мягкое место не задумываясь.

Спускаюсь на завтрак, когда Сергей уже уехал. Людмила Васильевна развлекает меня разговором, пока я уплетаю блинчики со сметаной и пью какао. На удивление мне в этом доме очень уютно и спокойно, я словно жила здесь давно и сейчас будто вернулась домой. Эта столовая такая большая, с большим столом, накрытым белой льняной скатертью. Шторы с милыми цветочками на больших окнах в пол. Стиль Прованс мне очень нравится, чувствуется, что домом занималась женщина и возможно, она любила этот дом. Делала для себя. Тем непонятнее, почему с такой легкостьюего покинула, да и как можно оставить ребенка? На тот момент Анечке уже было годика два. Да и неважен возраст, просто не укладывается в голове. Как сильно можно полюбить другого мужчину, чтобы уехать и все оставить?

Риелтор приходит, когда я уже в своей комнате валяюсь на застеленной кровати и щелкаю пультом от телевизора, переключая каналы. В доме тихо, все заняты своими делами, лишь одна я маюсь от безделья. Поэтому встречаю приятного молодого человека с радостной улыбкой.