Книга Большая медведица, страница 70 – Дарья Катина

— Мама, конечно намекает, но сейчас дело не в ней. Точнее не только в ней. Полинке уже тридцать пять будет, и никаких предпосылок к семье и детям. Мне скоро тридцать три, и та же песня. Но я все таки мужчина и на мне, как ни крути, ответственность за продолжения рода. А других кандидаток я просто не знаю. Я вообще других девушек не знаю. Так что выбор очевиден.

— Не могу тебя не спросить, а как же Алёна?

— А Алёна здесь и здесь, — он ткнул пальцем в голову и сердце, — Но это не решает проблему.

— Когда ты собираешься лететь в Израиль?

— Мама выписывается через две недели. И если она выписывается относительно здоровой, то я сразу улетаю.

— То есть у твоей Алёнки есть две недели, чтобы предъявить на тебя права. Верно?

— Получается так. А к чему ты клонишь?

— А к чему я могу клонить? Просто констатирую факт, — задумчиво ответил друг, вспоминая на какой из симок у него сохранен номер Иркутского родственника девушки.

А Алёнка тем временем совсем сломала и так сломанную голову, решая вопрос — как ей быть дальше? После того ужасного инцидента, на работе отношение к ней радикально изменилось, но легче от этого ни стало ну ни на капельку. А если к этому прибавить настоятельные просьбы Ольги Марковны приводить в любое и на любое время Катерину, то становилось ещё тяжелее сделать, казалось бы, очевидный выбор — никаких контактов! Пока Алёна аккуратно, но твердо умудрялась отказывать. Но тут включилась тяжелая артиллерия в ввиде любимой дочери, которая заявила, что обещаланаучить хе-хе, бабу Олю итальянскому языку, и она обязана свое обещание выполнить. Ну, вот как ей отказать, и объяснить свой отказ?

Сегодня очередное ночное дежурство, а значит…? Значит сегодня начнется обучение иностранным языкам несостоявшейся свекрови? Офигеть! Сказали бы ей это пару недель назад, она бы покрутила пальцем у виска и отправила бы сказочников лесом, а сейчас…? А сейчас мы думает, во что одеть Котенка, чтобы не ударить в грязь лицом. Чудны дела твои, Господи! Скучно ему там видимо, вот и развлекается, как может. Катерина к предстоящей встрече тоже решила подойти со всей ответственностью и теперь носилась по квартире, напоминая самый разрушительный в истории США ураган «Катрина», в результате чего, квартира Марковых напоминала руины Нового Орлеана в конце августа две тысячи пятого года. Только без человеческих жертв. На работу дамы отправились, как на ответственное спецзадание — подготовленные и сосредоточенные. Алёнка прямым ходом, молча, передала учителя будущей ученице и занялась рутинной работой дежурного врача. Смена получилась спокойная и примерно к полуночи, завершив все необходимые процедуры и бумажные дела, Алёнка уверенно двинулась в сторону отдельно расположенного люкса. Легонько постучав и не дождавшись ответа, аккуратно вошла в полутемную большую прихожую и тихонечко позвала:

— Катерина! Ольга Марковна! — тишина.

На цыпочках миновала большой зал с беззвучно работающим телевизором и заглянула в спальню. На большой, квадратной кровати, прямо на покрывале, обнявшись, сладко сопели два человека. Большой и маленький. Катюха, которая с самого маленького возраста терпеть не могла спать с кем-то в одной постели, потому что ей всегда было жарко, трогательно обнимала своей худенькой ручкой шею женщины. Да еще закинула на неё свою ногу. Ольга Марковна же аккуратно придерживала ее за спинку. Вокруг них, в беспорядке были разбросаны какие-то книжки, листочки, карандаши и фломастеры. Алёнка застыла немой статуей, поднеся ладошку к губам, чтобы ненароком не ляпнуть вслух: идилия, твою ж дивизию! Глаза девушки начали привыкать к сумраку, открывая детали и она, с изумлением разглядела на пояснице женщины, под слегка задравшейся шелковой блузкой, семь родинок в виде созвездия. Точно такие же как и у её дочери. Ровно на том же месте.