Книга Большая медведица, страница 21 – Дарья Катина

— Привет мамуль. Как ты тут? Совсем я совесть потерял.

— Ну що ти синку, тато мене попереджав, — тихо ответила, продолжая ласково гладить его по голове.

— Ты знаешь, что я понял мам? Отец был великим человеком.

— Ну как же мне не знать? — улыбнулась она, успокаиваясь и переходя на русский.

— Я конечно догадывался, но не представлял масштабов.

— Ты справишься, ты же его сын.

— Мам, а как вы познакомились? — внезапно сменил тему Глеб.

— У тебе з'явилася дівчина? — опять разволновалась мама.

— Вона не дівчина, вона диво, — перешёл на родной мамин язык Глеб.

— И как это чудо зовут?

— Как сказку! Алёнка.

— Да ты совсем пропал, сынок, — засмеялась мама.

— Совсем, — согласился Глеб, и тяжело вздохнул. — Но сначала надо закончить дело.

— Ты совсем, как папа. Смотри только не потеряй свою сказку.

— Не потеряю. Так как вы познакомились?

— Ты не поверишь. Я его в грязи нашла, — улыбнулась мама. — Ты знаешь, какиепод Винницей степи? Бескрайние, как море. И грозы, быстрые, как ветер. Только что было сухо и жарко, а через пять минут всемирный потоп. Вот мы и нашли их с девчонками посреди степи. Точнее их машину, завязшую по уши в чернозёме. Ну куди йому було там від мене подітися? — засмеялась мама.

Глеб не мог поверить своим ушам, вспоминая своё знакомство с Алёнкой. Его сердце сжала такая тоска, что он чуть не завыл в голос.

— Мне надо на работу, — попытался взять себя в руки. — Надо поскорее закончить начатое.

Следующие трое суток он практически жил в офисе, но оно того стоило. Интенсивная предварительная работа дала свои плоды. Почти все подписались под протоколом намерений и определили сроки. Остался последний, но самый главный бизнес-партнер отца, израильский миллиардер русского происхождения Марк Лазаревич Кацель. С ним, по словам отца, проблем быть не должно, так как существует предварительная договоренность, которую тот озвучит при личной встрече. Отец говорить об этом отказался на отрез, только лишь намекнул, что это во благо самому Глебу. Сиё обстоятельство конкретно напрягало, но должно было уже разъясниться с минуты на минуту, так как израильтяне уже входили в кабинет. После всеобщего знакомства и рукопожатия делегации засели за документы. Через три часа, когда все было обговорено и подготовлено к утверждению, Марк Лазаревич попросил несколько минут тет а тэт.

— Послушай Глеб, я думаю, ты в курсе, насколько мы были близки с твоим отцом. Только я один имел представление о масштабе созданного им предприятия. Он был гений. Это бесспорно. Но один в поле не воин, а я всегда его поддерживал. Только главным в его жизни всегда была семья. Он мог, находясь на другом конце света, вдруг прыгнуть в самолет и улететь домой, объяснив это тем, что ему не понравился голос его жены и он был этим обеспокоен. Семья, это вообще главное, что должно быть у мужчины, и только семья может оправдать любые его действия. Поэтому мы с ним кое о чём договорились.

Чем больше он говорил, тем меньше Глебу хотелось его слушать. Он просто не мог поверить, что отец так поступил, но имея теперь в голове общую картину, отчетливо понял, что это едва ли не единственный путь к решению возникшей ситуации, и стопроцентная страховка для капиталов Кацеля.

— Моей Итачке через полгода исполняетсядвадцать один. Самое время подумать о замужестве.