Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 84 – Алиса Громова

Логика «Красного кода» была простой и беспощадной: совпадений не бывает. Звонок = наводка. Наводка = предательство.

А предателей Барский не прощал. Он их стирал.

Я отлипла от двери и прошла вглубь комнаты.

Шторы были задернуты, создавая искусственные сумерки, но настольная лампа у кровати горела теплым золотистым светом.

Дамиан не спал.

Он сидел на краю кровати, спустив ноги на пол. Торс перебинтован, здоровая рука упирается в матрас, поддерживая вес тела. На лице — серая бледность, сквозь которую проступала щетина. Он выглядел как раненый зверь, который пытается подняться, чтобы дать сдачи.

— Где ты была? — его голос был хриплым, со сна, но в нем уже звенели металлические нотки допроса.

Я заставила себя улыбнуться. Спокойно. Естественно. Я — любящая жена, которая просто вышла подышать.

— В оранжерее, — я подошла к нему, стараясь не делать резких движений. — У меня разболелась голова. Тимур сказал, что ты ищешь меня. Как плечо?

Дамиан поморщился, пытаясь расправить затекшие плечи.

— Ноет. Обезболивающее делает меня ватным, ненавижу это состояние. Мне нужно в душ. И кофе. Ведро кофе.

— Тебе нельзя мочить повязку, — я автоматически включила режим сиделки. Это было проще, чем быть лгуньей. Забота — отличная маскировка.

— Я справлюсь, — он попытался встать, но его качнуло.

Я подхватила его под здоровый локоть. Его кожа была горячей. Температура? Или реакция на стресс?

— Не геройствуй, Барский. Я помогу.

Мы пошли в ванную. Я чувствовала тяжесть его тела, опирающегося на меня. Эта физическая близость, эта его зависимость от меня сейчас вызывала во мне странную смесь нежности и тошнотворного стыда. Я поддерживалаего, чтобы он не упал, и одновременно лихорадочно думала, как его обокрасть.

В ванной я усадила его на пуф.

— Я подготовлю все, — сказала я. — Посиди минуту.

Я включила воду, чтобы создать шум.

Деньги. Мне нужны деньги.

В доме наличных не держали. Тамара Павловна расплачивалась с курьерами корпоративной картой. Чаевые? Здесь не давали чаевых, здесь платили зарплату.

Единственное место, где могли быть наличные — это карманы Дамиана.

Он человек старой закалки. Он всегда носил с собой бумажник. «На всякий случай».

Я огляделась.

В ванной было пусто. Его вещи… Где вещи, в которых он приехал вчера?

Окровавленную рубашку срезал врач. Пиджак… Пальто…

Я вспомнила.

Тимур. Он принес вещи Дамиана в гардеробную, когда врач закончил перевязку. Я видела краем глаза, как он вешал пакет с одеждой на манекен.

— Лена? — позвал Дамиан. — Ты там уснула?

— Проверяю температуру воды, — отозвалась я. — Сейчас.

Я вышла из ванной.

— Я принесу чистое белье.

Дамиан сидел с закрытыми глазами, откинув голову на кафельную стену. Он не видел меня.

Я метнулась в гардеробную.

Сердце стучало так громко, что мне казалось, этот стук слышен во всем доме.

Вот они.

Брюки, в которых он был вчера. Темно-синие, испачканные кровью и грязью (видимо, когда его вытаскивали из машины). Они лежали на кресле, небрежно брошенные поверх окровавленного пиджака. Прислуга еще не успела их забрать — в режим «Красного кода» доступ персонала в хозяйское крыло был ограничен.

Спасибо, паранойя. Спасибо, хаос.

Я подлетела к креслу. Руки тряслись.

Схватила брюки. Тяжелые.

Задний карман. Пусто.

Передний. Ключи. Зажигалка.

Второй карман.

Пальцы нащупали кожу. Бумажник.