Книга Мажор. Стану его наказанием, страница 35 – Элла Ми

— Я даю нам шанс… — сказала я, сердце колотилось так, что, казалось, его слышно всем вокруг. — Я хочу попробовать… если ты, конечно, еще не передумал.

Он улыбнулся, мягко и уверенно, и в этом взгляде было столько тепла, что я чуть не растаяла.

— Никогда, — ответил он тихо, но с полной убеждённостью. Его пальцы крепко переплелись с моими, и он не отпускал.

Затем, не говоря больше ни слова, он просто взял меня за руку и повёл вперёд.

* * *

Мы едва успели добраться до его квартиры. Летний воздух с улицы ещё лип на коже, сердце било так, что казалось, оно готово вырваться из груди, а руки искали друг друга сами, без слов.

Как только дверь захлопнулась за нами, мы почти одновременно начали снимать верхнюю одежду — лёгкие куртки, майки, туфли — и каждый жест превращался в игру, в танец, где наши тела искали соприкосновение. Я ловила его взгляд, и в каждом движении чувствовала ту самую энергию, которую нельзя было скрыть.

Он прижал меня к стене, и я вдохнула его запах, смешанный с тёплым запахом летнего воздуха, что просачивался сквозь приоткрытое окно. Мы смеялись, сбивая друг друга с толку, скидывая вещи, как будто это был единственный способ избавиться от всего, что мешало нам быть ближе.

И вот, наконец, мы оказались на кровати. Солнечный свет мягко лился через занавески, окрашивая комнату в золотистые оттенки. Его руки обвили меня, а я, не сопротивляясь, прижалась к нему. Мир вокруг исчез — осталась только мы двое, дыхание смешалось, сердца бились в унисон.

— Я весь год мечтал об этом, черт побери! — сказал он, и его губы коснулись моих. Коротко, но с такой страстью, что всё внутри меня вспыхнуло.

Мы смотрели друг другу в глаза, и в этом взгляде было всё: желание, страх, радость и уверенность. Лёгкий летний ветер играл волосами, трепал шторы, и всё это делало момент ещё более реальным, живым, настоящим.

Я почувствовала, как он прижимает меня сильнее, и ответила тем же. Мир снаружи перестал существовать, остались только мы, кровать,стены и тепло друг друга. Всё остальное потеряло значение.

И я поняла: этот момент был нашим — настоящим, долгожданным, искренним.

И я не жалею, что сделала это здесь и сейчас. С ним.

Десять лет спустя

Жаркое летнее солнце, будто специально, светило именно так, как в тот год, когда мы решились... Я шагнула из дверей университета — того самого, где когда-то всё началось. Только теперь я выходила отсюда не как студентка, а как преподаватель филологии, неслышно ворча под нос на свои собственные лекции и держа ладонью большой круглый живот.

Спускаться по ступенькам было задачей не из лёгких: живот жил своей жизнью, ноги тянули домой, а голова — отдохнуть. Но внизу, прислонившись к своей машине и притворяясь строгим, меня ждал Марк. Мой Марк.

Он увидел меня — и сразу нахмурился, как всегда, когда делал вид, что злится.

— Кать, тебе сегодня-завтра в роддом, а ты на работу пошла! — проворчал он, но уже тянул руки ко мне, помогая аккуратно спуститься.

— Сегодня-завтра — это очень условно, — буркнула я, — лекции сами себя не прочитают.

— Угу, расскажешь это своему врачу, — пробормотал он, целуя меня так, будто я только что вернулась с другой планеты.

Он открыл передо мной дверцу машины, помог забраться внутрь так бережно, что я едва не засмеялась: ещё чуть-чуть — и он будет носить меня на руках. Хотя, если честно, не исключено.