Онлайн книга «Последний крестовый поход»
|
Студенты были рады получить внеплановый недельный отдых, а преподаватели, ругаясь про себя, сжимали учебный материал и готовили огромные листы с заданиями к последующим после короткого перерыва семинарам. — Итак, кто может ответить на заданный мною вопрос: какова ведущая тема произведений Эрнеста Хемингуэя? Как только Голицына Светлана Николаевна закончила свою фразу, в группе поднялась всего лишь одна рука. Светлана Николаевна была новичком в своей профессии и считалась самым молодым преподавателем в университете. Будучи всего лишь на четыре года старше своих студентов, она с лёгкостью могла бы найти общий язык с ними, но из-за своей скромности и чрезмерной распущенности некоторых учащихся сделать этого не получалось уже второй год. Каждый раз, уходя с занятий, она вынуждена была признаваться самой себе, что её решение пойти преподавать философию в городской университет было ошибкой. — Мирослава! — обратилась она к девушке, сидевшей за второй партой. — Ведущей темой своих произведений Эрнест Хемингуэй сделал мужество, стойкость и упорство человека в борьбе с обстоятельствами, которые заранее обрекают его на почти вероятное поражение. — Всё верно. Есть ещё дополнения? Светлана Николаевна окинула взглядом ребят, но надежда на то, что хоть кто-то из присутствующих следил за ходом занятия и был готов поучаствовать в беседе, растаяла как дым. И вдруг робко поднялась ещё одна рука. — Соня! — И именно этого человека он старался воплотить в настоящей жизни, подразумевая под ним самого себя. Голицына выдохнула с облегчением. — Правильно, девочки! Ещё один вопрос, который также касается творчества Хемингуэя… — …касается творчества Хемингуэя, — эхом раздался голос одного из ребят. — Матвей! — Светлана Николаевна посмотрела на молодогочеловека, сидевшего рядом с Мирославой, только на соседнем ряду. — Я вас слушаю! — Мне надоело постоянно прерывать занятие из-за твоих никому не нужных комментариев! — А вы думаете, что ваши слова и вопросы кому-нибудь нужны? — Моя речь, в отличие от твоей, не пустая болтовня и трата времени! Авдеев с вызовом посмотрел на преподавателя. — Да что вы говорите! А вы-то хоть сами знаете ответы на эти ваши вопросы о творчестве Хемингуэя? — последние слова он значительно выделил. — Матвей, ты забыл, с кем разговариваешь? — попыталась одёрнуть его Мира. — А в чём, собственно, дело? — В том, что я старше тебя и требую уважения к себе! — продолжила Светлана Николаевна. — Ты не имеешь права разговаривать со мной таким образом! — Старше? — усмехнулся Авдеев. — На два года! — Не два, Матвей, — поправила его Голицына, — а четыре! — Какая разница! — Большая! — стала выходить из себя девушка. — К тому же я — преподаватель, не забывай об этом! — Какой из вас преподаватель! — выпалил Матвей. — Вы даже внимание группы привлечь не можете. Разве я неправ? Он не сводил с неё глаз, явно ожидая её реакции. В кабинете наступила тишина. Возможно, многие придерживались такого же мнения, но никто не осмеливался произнести его вслух. Однако все хорошо знали Матвея, и такие выпады не являлись сюрпризом. Поддерживать назревавший конфликт ни один студент не собирался, но и на защиту Голицыной встать желающих не было. Его слова причинили ей боль. Нетрудно было догадаться, что Светлана Николаевна почувствовала в тот момент, когда услышала их. Но, собравшись с силами, она стала первой, кто нарушил молчание. |