Книга Развод. Цена моего прощения, страница 35 – Чарли Ви

— Нет, ты, конечно, можешь отказать ему, чтобы отстоять своё уважение. Вот только иметь он будет тогда другую.

— Дичь какая-то. Мы что в первобытном обществе находимся. И людьми управляют инстинкты?

— Когда у мужика бабла дохрена, он живёт по принципу, что хочу, то и делаю. Во всяком случае, я тебе рассказываю свои наблюдения. И это совсем не моё мнение, это то, что происходит в жизни. Людьми правит похоть и желание получать удовольствие. И твой Кир сам не раз это подтверждал. Если он изменится и будет к тебе относиться по-другому, считай это единственный случай из тысячи или из миллиона. Ну, не знаю, как-то так. И если тебе важно моё мнение, то ты выглядишь шикарно. Ещё плечи расправь, грудь вперёд, она у тебя красивая, и ты должна гордо её нести перед собой. Высокомерный взгляд, такой, что тебе плевать на всех. И вуаля, все будут у твоих ног.

Ох… Жанна так говорит, что я начинаю внутренне всё это чувствовать. Выпрямляю спину, поднимаю подбородок. Главное — не упасть, а то каблук просто высоченный.

Время близится к шести. В комнату входит Кирилл в сером костюме, который оттеняет его смуглую кожу. Он пробегается по мне глазами, и я сразу забываю и про спину, и про подбородок. Хочется накинуть на себя что-нибудь. Меня пугает его голодный взгляд.

— Готова? — отрывает глаза от меня и переводит на Жанну. Та загадочно улыбается.

— Как видишь, готова. Доволен?

— Вполне.

Лицо ничего не выражает, но я замечаю, как поднимается его кадык и он сглатывает. Значит, понравилось, как я выгляжу? Можно немного выдохнуть. Кир подходит ко мне, только сейчас я замечаю у него в руках коробочку. Он открывает её, и я вижу внутри на бархатной ткани сверкающее колье.

— Какое красивое, — восхищаюсь я, рассматривая искусно выполненную ювелирную работу и переливающиеся грани камней.

— Тебе.

Даже Жанна охает от восторга. Кир надевает колье мне на шею, а серьги надеваю я сама.

— Вот за что я тебя уважаю Кирилл, так за то, что ты не жмот! — хвалит его Жанна. Вижу, как он сдерживает улыбку, но всё равно видно, что ему приятно. Мне хочется его обнять, но не думаю, что сейчас самое лучшее время для этого.

— Спасибо! — благодарю его, он кивает, принимая мои слова.

Сверху на платье я накидываю меховую накидку. Она приятно ласкает мою кожу и мне, наконец, становится уютно.

Идём к машине, за рулём водитель, а мы садимся на заднее сидение. У меня колотится сердце от волнения. Всё-таки не каждый день я посещаю приёмы и банкеты. Чувствую себя золушкой, которая едет на бал. Лишь быв двенадцать часов платье не превратилось в тыкву.

Машина трогается.

Рука Кира ложится на моё колено, я смотрю на него и встречаюсь с ним взглядом.

— Ты очень красивая, — говорит едва слышно, что, кажется, мне померещилось. Он точно что-то сказал?

Рука скользит выше по ноге, останавливается на бедре на секунду и поднимается выше к груди. Отводит в сторону накидку. От его взгляда и прикосновений я снова напряжена. А соски вот-вот проткнут тонкую ткань платья. Его рука ныряет под вырез и зажимает торчащий сосок между указательным и средним пальцем. Это мучительно сладко. Я замираю. Задыхаюсь. Меня бросает в жар. А он лишь слегка крутит его и продолжает пристально смотреть мне в глаза.

— Кир…

— Что?

— Если ты не перестанешь, я боюсь не смогу выйти из машины, — шепчу как можно тише, чтобы не услышал водитель.