Книга Измена. Хочу тебя разлюбить, страница 32 – Чарли Ви

— Для вас специально заказал пастус сардинами — один из самых главных символов сицилийской кухни. А чёрный цвет ей придаёт естественный пищевой краситель чернила каракатицы.

— Как интересно. Вы, наверно, многое знаете об этом острове.

— О да. Сицилия — это моя страсть. Я бы многое мог вам рассказать.

Постепенно беседа из напряжённой перетекла в более лёгкую. Я слушала и кивала, восхищаясь его познаниями и порой вставляя несколько слов. А, когда поймала, на себе взгляд Глеба получила одобрительный кивок головы. Значит, я всё делала правильно. И хоть я старалась быть максимально полезной, меня нестерпимо тянуло в сад. Особенно после того, как на улице стемнело, и там зажглись мириады крошечных огоньков.

— Софи, вы так смотрите в сторону живой террасы, что я непременно должен вас туда проводить.

Повернувшись к Глебу, поймала его недовольный нахмуренный взгляд, но он всё же согласился.

Я взяла под руку Илью, и мы прошли св=квозь стеклянную арку. Здесь даже пахло по особенному, свежестью и сладким едва ощутимым запахом неизвестных мне цветов.

— Не видя Сицилии, вы не сможете понять Италию. Сицилия — ключ ко всему. Между прочим, так сказал Вольфганг Гёте.

— Не слышала.

— Знаете Софи, а ведь вы и есть та самая Сицилия.

— Я? — я удивлённо повернулась к нему.

Он напоминал хитрого кота.

— Да София. Именно так. И я очень хочу понять вашу Италию. Скажите честно, можно ли доверять вашему мужу? Вы мне кажетесь такой чистой и бесхитростной, что просто не должны соврать.

Я смотрела в его ехидные глаза и мне совершенно не хотелось ему отвечать. Оставшись наедине с ним, я ощутила дискомфорт, недоброе предчувствие. Фальшь сквозила в его улыбке, и в глазах, которые он отводил каждый раз, как только я пыталась заглянуть в них.

Но я помнила слова Глеба, что это партнёрство для него очень важно. Хотя интуиция подсказывала, что с таким человеком вряд ли получится мирная и спокойная работа. Но Глеб, скорее всего, меня и слушать не станет.

— Глеб — прекрасный человек, и как деловой партнёр и как любящий муж, — без тени стеснения соврала я.

— Вы его хорошо знаете?

— Да. Мы знакомы с детства. Были соседями.

— А почему же он не хранит вам верность, если он любящий муж?

Вся кровь бросилась мне в лицо, но это ещё раз подтвердило мою догадку о подлости человека. И все его рассказы о Сицилии, которые меня вначале впечатлили, были всего лишь красивой ширмой, чтобы я потеряла бдительность.

— Вы спросили какой он человек, а не любовник, — несмотря на волнение мой голос прозвучал твёрдо, даже немного высокомерно, как мне показалось.

— Знаете Софи, отношение мужчины к своей женщине многое говорит о человеке. Вот, например, свою жену я уважаю, вплоть до того, что она ходит со мной на деловые встречи не просто как красивая кукла, а участник переговоров.

— Наверно, поэтому она так пристально наблюдает за вами. Вы тоже далеко не ангел. Я думаю, Глебу стоит задуматься и ещё раз взвесить все “за” и “против”, если вы всё-таки перейдёте к этапу подписания договора.

— Ха, а вы мне нравитесь, — его губы растянулись в улыбке.

— А вы мне нет.

Внутри у меня всё кипело. Очарование сада растаяло вместе с соскользнувшей маской Ильи Николаевича. Я поспешила вернуться за стол. Настороженный взгляд Глеба выдал его волнение, хотя он и сидел в расслабленной позе.