Книга Опекун. Подарок под Новый год, страница 8 – Чарли Ви, Ульяна Краш

Ха. Тактику сменил. Молодец! Сработало. Привлёк внимание. Но не более. Прячу голову опять под подушку, а через секунду мне по ягодице прилетает шлепок.

Я взвизгиваю.

— Ты что охренел?

Сажусь на кровати и потираю ушибленное место.

— Я предупреждал.

— На меня нельзя поднимать руку. Я ведь и сдачу могу дать, — грожу ему кулаком.

— Рада, собирайся. Мне правда некогда.

Он стоит в костюме, такой элегантный, стройный, мужественный и мне просто ужасно, как хочется сбить с него это превосходство. Решаю применить метод развратная студентка. В школе мы так изводили нашего историка. Он порой только от наших томных вздохов сбегал с уроков.

Смотрю на индюка пристально, придвигаюсь к краю кровати туда, где он стоит. И моя голова оказывается напротив его паха. Смотрю снизу вверх, вздыхаю, как учила меня Надя, подружка.

В его глазахпромелькивает растерянность.

То, что надо!

Ещё несколько секунд и он сам сбежит. Но индюк стоит, правда, глаза у него скоро на лоб вылезут от шока, похоже. Приходится подтолкнуть его к мысли, что надо валить отсюда. Протягиваю руку к его ширинке. А он всё равно стоит.

Блин, раньше это работало до того, как я успевала прикоснуться к мужчине. А теперь что делать? Рука замирает в нескольких сантиметрах от его паха. Да, похоже, я пролетела с этой выходкой. Совсем чувак бессовестный. Другой бы уже сбежал, чтобы не дай бог не быть причастным к разврату с племянницей. А этот стоит хоть бы что. И что теперь сдавать назад? Поймёт, что мухлюю. Заставляю себя преодолеть последние сантиметры и поглаживаю его ширинку.

Тимофей срывается с места и выходит из комнаты. А я охреневаю от собственной смелости и того, что у него оказывается под штанами стояк. Значит, я всё-таки могу возбуждать мужчин.

Что это только что было?

Обхватываю голову руками и прислоняюсь затылком к двери. Я как маленькая девочка только что сбежал! Трусливо сбежал с поля боя. Это же проигранная битва. Теперь она будет знать мои слабости. Будет постоянно давить на это.

А что мне оставалось делать? — Пытаюсь оправдать себя. — продолжать стоять и ждать, когда она сделает мне минет?

А ты уверен, что она бы сделала? Она даже ширинку тебе не расстегнула, так слегка прикоснулась к брюкам.

Смотрю вниз, там, где заметно оттопыривается бугор. Да уже одна только эта реакция, преступление. Я ведь не педофил и не насильник. С какого хера меня завела малявка?

Арина со своими идеальными формами так не заводила, а эта пигалица с одного только взгляда подняла всё, что не должно было подниматься.

Писец!

Начинаю ходить по комнате, пытаюсь успокоиться, но её округлая попка маячит перед глазами и не желает стираться из памяти. И ведь сам виноват. Решил напугать её, думал, застесняется. Ага, прям красная вся стала от стыда. Я кажется, и то больше покраснел, чем она.

Ещё и шлёпнул её. Вот на хрена я это сделал?

Так. Надо успокоиться.

Останавливаюсь посреди комнаты. Выдыхаю. Вдыхаю через нос, выдыхаю через рот. Я должен выйти из комнаты абсолютно спокойным. Ложись, я тебе сказал. На девочек ты вставать не должен. Хотя она и не девочка. Девятнадцать, кажется, она говорила. И тело, созревшее уже. Никакая-то там девочка-подросток. У неё вполне взрослая фигура. И красивая, полная попа. Блин, опять. Лежать, я сказал.

Я выхожу из комнаты спустя полчаса. Успокоившись и успокоив своего друга. По-другому он лежать не хотел. Терпеть не могу рукоблудие, но рядом никого нет, кто мог бы снять напряжение. Теперь я ещё сильнее хочу, чтобы Арина поскорее приехала и мы помирились.