Книга Научись любить, если сможешь, страница 28 – Евгения Ник

— Так, кто она? — решается задать свой вопрос Вал.

— Англичанка, то есть преподаёт английский. Я хотел нанять её репетитором для Юльки.

— А в итоге решил, что репетитор больше нужен тебе? — ржёт Арт.

— Я сейчас твой скворечник расшатаю.

— У-у-у, если Мишаня зол, значит, всё серьёзно. Беда…

Поднимаю голову и долго смотрю на Бессонова. Злюсь ли я сейчас? Ещё как. Но на себя ещё больше.

— Пойдёмте обратно, — выбрасываю окурок в урну и двигаюсь ко входу в клуб.

Как только оказываемся внутри, глаза снова бегают в поисках Ларисы. Находят её. Сидит в компании из трёх девушек и нескольких парней. Один утырок явно уже планы строит на то, с кем проведёт остаток ночи. И это моя Мурашка. Моя? Буду считать, что оговорился.

Тем временем Лариса встаёт из-за стола и вновь идёт на танцпол. Как же она танцует, словно волна покачивается в такт музыке и сама кайфует от неё и от себя. Это видно по тому, как девчонка медленно в наслаждении прикрываетглаза. Сам не замечаю, как оказываюсь за её спиной. Ближе. Ещё ближе. И вот мои руки касаются её тонкой талии, ползут вниз, чуть усиливая давление. Лариса резко разворачивается и смотрит прямо мне в глаза.

— Михаил? — округляет свои глаза от удивления.

А я конкретно так утекаю от её голоса.

— Привет, англичанка, — удаётся выдавить из себя почти неразличимый хрип.

И магия между нами тут же рассеивается, потому что Лариса скидывает с себя мои руки и молча уносится к своей компании. Ну да, а чего я ждал?

И вот я стою, как мальчишка, которого бросили сразу после выпускного. Унылое зрелище. Перевожу взгляд на друзей, те ржут и взглядом показывают, мол, иди за ней. И я, конечно же, иду.

Успеваю, когда один из её компании протягивает ей пойло. Лариса тянется, но я успеваю перехватить руку и притягиваю её тело к себе. Член тут же реагирует и вновь начинает увеличиваться в размерах. Вашу ж мать, сейчас совершенно не вовремя!

Тут ещё и этот недоделанный лезет, словно навозная муха. И ведь не понимает, намёков, которые я ему говорю русским, мать его, языком. А потом и вовсе доводит меня до бешенства, своей пламенной речью:

— Слушай, эта девушка из нашей компании. Ты бы отошёл от неё, мужик, найди себе другую девчонку.

Моё щедрое терпение кончается. Готовлюсь выволочь эту перхоть на улицу и уже более понятным языком объяснить, чтобы отвалил от Лорика. Но тут она разворачивается ко мне лицом, её пухленькие красные губки раскрываются, и мне моментально сносит крышак. Накидываюсь на неё жадным поцелуем. С силой сминаю её губы, яростно шарю во рту языком, оставляя свои метки, заявляя Мурашке свои права на неё. Так, чтобы и все присутствующие поняли это. Гениально…

— Эй, ты что творишь! — слышу откуда-то сбоку визгливый бабий голос. Похер. — Отвали от неё!

Кто-то подбегает и с силой бьёт по моей спине сумкой, пытается отодрать мою руку от Ларисы. Чёрт! Всё-таки приходится разорвать наш контакт. Поворачиваю голову на источник раздражения и вижу сбоку от себя разъярённую девушку. Даже трёх.

— Лариса, ты как? — смотрит она на Мурашку. — Отвали от неё! Ненормальный! Извращуга! — кричит так, что у меня в ушах звенит.

— Да не пищи ты, как мышь полевая, — осаждаю её и перевожу взгляд на Ларису.

Она стоит с абсолютно потерянным видом, краснаяпомада вся размазалась по её лицу и, очевидно, по-моему, тоже. — Ларис, оживай, — касаюсь пальцем кончика её носа.