Книга Научись любить, если сможешь, страница 130 – Евгения Ник

* * *

В два часа ночи я уже стою на пороге совершенно другой квартиры и смотрю на подругу Марашки.

— Опять ты? Чего хотел? — шипит она. — Животное.

— Блять, Женя, давай оставим на потом комплименты в мой адрес. Лариса у тебя?

— Нет, ноесли ты не веришь, милости просим, — она отстраняется. И по этому жесту понимаю, она не врет, но все равно прохожу и проверяю.

— Позвони ей, — прошу, как только возвращаюсь к ней. Женя бросает гневный взгляд и собирается что-то сказать, но я ее перебиваю. — Все нормально у нас. Лара была у меня сегодня. Занималась английским с моей дочерью, потом уехала и пропала, — зачем-то говорю, будто оправдываясь. Тоже мне, нашел перед кем. — На связь не выходит, дома ее нет, кажется…

Женя молча уходит вглубь квартиры, а возвращается с телефоном в руке. Набирает Мурашке, но по тому, как долго она слушает гудки, уже все понимаю.

Подруга Ларисы убирает от уха телефон, и мы молча смотрим друг другу в глаза, затем она начинает обзванивать всех знакомых подряд, у кого теоретически может быть Мурашка. Эффект этих трепыханий ожидаемо нулевой.

— Миш, надо в полицию звонить, — неуверенно произносит Женя, а по моей спине тут же несется противный холодок.

— Буду на связи, — бросаю и стремительно сваливаю.

* * *

К утру я уже поднял на уши Бессонова, Мирона, старика Шмелева и знакомых людей, работающих в правоохранительных органах, которые могут быть полезны. Ближе к десяти утра звоню родителям и прошу срочно забрать на некоторое время Юлю.

— Сынок, что-то серьезное случилось? — всегда спокойный отец выдает нотки беспокойства.

— Пап, не переживайте, я все потом расскажу. Маме привет, — пытаюсь говорить более-менее спокойным тоном, чтобы еще больше его не тревожить.

— Хорошо, Миш, сейчас гляну билеты и самые ближайшие возьму.

— Я уже купил вам все, скину тебе на почту. Собирайся пока, сегодня уже стартуешь.

— Понял-принял, — говорит отец, и мы прощаемся без лишних слов.

Выдыхаю. Минус одна задача.

Оставляю дочь с ее няней Зоей и вместе с Валеевым еду в офис.

* * *

— Где твоя бывшая жена, Мишенька? — спрашивает старик Шмелев, задумчиво глядя в окно своего кабинета. Занял свое излюбленное место.

— Не знаю, последние несколько дней, как в воду канула.

— Не насторожило? — оборачивается он и стоит ко мне полубоком, сверля острым взглядом.

— Первым делом о ней подумал. Уже кинул наводку Лапенко и Павлову из восьмого отдела полиции.

— Это хорошо, — кивает он. — Видео с камер вокруг твоего дома и дома Мурашкиной тоже скоро будут у нас.Да, Артур? — впивается теперь взглядом в Арта.

— Да, в работе, — кивает тот, не отрываясь от экрана ноутбука.

Этот вообще непрошибаемый.

Нам приходится ненадолго замолчать, так как после легкого стука в дверь и разрешения старика, в кабинет заходит его секретарь с подносом, на котором, красуется любимый алкоголь Николая Антоновича. И хотя у нас до сих пор никаких данных по Ларисе, значит, дело, дрянь. Чуйка у старика похлеще, чем у собаки, и если он решил выпить в первой половине дня, то ничего хорошего ожидать не стоит.

— Спасибо, милая, можешь идти, — кивает он, дверь тихонько прикрывается, цокот каблучков удаляется, и мы вновь продолжаем разговор.

— Я Андрею Васильевичу Тарасову позвонил, попросил, чтобы он своих тоже подсуетил насчет Олеси. Пусть роют любую информацию о ней, — говорит Глеб, гоняя между пальцев зажигалку.