Книга Измена. Вернуть любовь, страница 109 – Евгения Ник

Мой Миронов уехал сегодня очень рано, так как работы у него накопилось непочатый край. И я, закончив все соборы, быстренько подкрашиваю ресницы тушью, наношу на губы лёгкий розовый тинт и полностью удовлетворённая собой, выскакиваю на улицу. От дома Глеба до моего офиса, как оказалось, буквально пара кварталов, поэтому решаю, что могу спокойно прогуляться и дойти до работы пешком. Покупаю по пути свой любимый капучино и сэндвич с лососем. Иду довольная, размахивая пакетом с моим завтраком, улыбаюсь этому дню и ловлю ощущение, простого счастья.

Оно бы продолжалось и дальше, но моего плеча внезапно коснулась чья-то рука…

Яна

— Ну что, сучка невзрачная. Как тебе скакать на чужом херу? Довольна, что увела Миронова? Небось радуешься каждый день, что такой жирненький куш сорвала, — язвительно усмехается Зайцева и смотрит совершенно неадекватными глазами. — Мне вот интересно, когда ты на него глаз положила? Как давно?

— Катя, что вы от меня хотите? — стараюсь держаться стойко, но голос всё равно дрожит. Честно говоря, не знаю, чего от неё можно ожидать, но явно ничего хорошего.

— Что я хочу? Я хочу, чтобы ты заползла в ту дыру, откуда вылезла, и больше не высовывала оттуда свой блядский нос.

— Всё ясно. Простите, но не думаю, что у нас получится хоть какой-то разговор, — говорю и пытаюсь уйти, но Зайцева вновь меня останавливает, больно вцепившись ногтями в руку. Кофе выскальзывает и разливается по асфальту светло-коричневой лужей. Ну спасибо!

— Предлагаю тебе сделку. Я даю тебе хорошую сумму, а ты валишь лесом и исчезаешь из этого города навсегда, в противном случае ты очень сильно пожалеешь о том, что не согласилась на мои условия.

— Вы ненормальная? — всё-таки выдёргиваю руку и смотрю на неё с опаской.

— Значит, нет?

— Нет, конечно! — отворачиваюсь от Кати и ускоряю шаг.

— Белова! Я обязательно приду на твои похороны, чтобы посмеяться над такой дурой! Ты сама всё решила. Удачи тебе! — кричит мне вдогонку, а затем садится в машину и срывается с места с диким свистом, поднимая облако пыли.

Тело вибрирует каждой клеточкой и совершенно не хочет слушаться. Не знаю, как у меня получилось достать телефон и не выронить его из рук. Пальцы судорожно бегают по экрану и выбирают спасительный контакт.

— Наташа…

— Привет-привет, Белова! — бодро вещает Рузич. — Никак соскучилась по мне?

— Нет, то есть да… Нет, Наташа, я по другому поводу звоню, — тараторю на нервяке и без остановки хожу по маленькому невидимому кругу.

— Ян, что-то случилось? Что с твоим голосом? — сменяя веселье на беспокойство, спрашивает она.

— Я только что Катю Зайцеву встретила, и, кажется, она мне угрожала или нет. Я не знаю, но мне очень страшно, — подбородок начинает трястись, и я захлёбываюсь всхлипами. — Я не думала, что она такая, а ведь ты говорила…

— Так, успокойся! Ты сейчас, где находишься, где это произошло?

— Недалеко от дома Глеба. Мы теперьвместе живём. Я зашла перед работой за кофе и сэндвичем, а потом вот… Чёрт! Она, получается, специально приехала сюда, чтобы меня подкараулить! Я же не говорила тебе, в общем, Катя в курсе, что мы вместе с Мироновым. Она нас видела вдвоём в медцентре и хуже того, она подумала, что я тоже беременна! — выпаливаю на эмоциях громче, чем хотела, и начинаю тут же оглядываться по сторонам. — Ты бы знала, каких она тогда гадостей наговорила, хотя и сейчас не лучше.