Книга Развод. Слишком сильная, чтобы простить, страница 35 – Марика Мур

— Ладно. Ты победила. Сегодня. Но помни: всё имеет последствия.

— О да, Илья. Последствия. Ты сейчас их наблюдаешь в прямом эфире.

Я прервала вызов.

Телефон снова завибрировал почти сразу. Сообщение.

«Подумай, что делаешь. Я не прощу это. И не забуду.»

Я положила телефон на стол.

Пусть кипит.

Теперь он почувствует, как это — жить в клетке собственных ошибок.

Дарья

Шум вокруг скандала только нарастал. Имя Ильи всплывало в заголовках, в новостях. Репутация, которую он так холил, трещала по швам.

Никита молчал. Он отстранился. Однажды вечером позвонил и, как всегда сдержанно, но с болью в голосе, сказал:

— Мама... я хочу улететь. У меня есть возможность на стажировку в одной ай-ти. Может, это к лучшему?

Я выдохнула.

— Никит... если тебе это поможет — лети. Тебе надо отдохнуть от всего этого... от неё.

— Хочешь со мной? — спросил он неожиданно. — Ты тоже заслужила передышку.

— Нет. — Я улыбнулась, хоть он этого и не видел. — Мне надо остаться. Закончить начатое.

— Ладно... — тихо сказал он. — Береги себя.

Он был прав. Анна отравила его жизнь так же, как и мою.

Илья же… Илья рвался в бой. Он пробовал всё: уговоры, угрозы, мольбы через общих знакомых. Писал письма, шипел через адвоката. Но я держалась. Все контакты только через моего юриста.

Он бесился. Он понимал — проигрывает.

И вот — поздний вечер.

Звонок. Сестра. Я почти не удивилась.

— Да? — сухо бросила я в трубку.

Голос на том конце истеричный, взвинченный:

— Даша! Он не берёт трубку! Никита! С ним все хорошо? Скажи мне, умоляю. Он мне нужен, понимаешь? Я... я поняла. Я люблю его. Я дура, сестрёнка, прости меня. Я так упала...

Я рассмеялась. Глухо, горько.

— Упала? Ниже некуда, Аня. Ты дно пробила. И запомни: не смей приближаться к моему сыну. Слышишь меня? Ещё шаг — и я тебя в порошок сотру.

На том конце — тишина. А потом… яд.

— А ты у нас чистенькая, да? — заговорила она другим голосом, ехидным. — Думаешь, никто не знает про твои интрижки на работе? Ты что, святая? Ты думаешь, я молчать буду?

— Ты больная? — Я даже не смогла сдержать смешок. — Ты всерьёз сейчас это говоришь? Или просто выдаёшь желаемое за действительное?

Я помолчала и добавила спокойно, без эмоций:

— Я верна своему мужу. Почти бывшему, к слову. Так что забирай своего «любимого». Больше никто вам не мешает.

Я сбросила звонок. И на душе стало тише. Пусть рвётся, бесится, сочиняет.

Я — не она. И это главное.

* * *

Бракоразводный процесс длился недолго — меньше месяца. Владислав Олегович отработал как хирург: без лишних движений, точно и безукоризненно.

Всё, что мне полагалось по закону — я получила.Двадцать лет брака, общее имущество: квартиры, дача, счета, машины. Жильё — делили поровну, я не спорила. Но вот агентство — то самое, которое я поднимала с нуля, строила, растила — осталось за мной. Влад настоял на том, чтобы все документы были учтены и подтвердили: бизнес мой, и только мой. Илья не возражал, хотя я думала, что будет.

Мне от него больше ничего не надо.

Развод оформили. Я вышла из зала суда, как будто с плеч свалили тонну бетона.

Свобода. Горькая, трудная, но своя.

Следующие пару недель пролетели в суете и куче дел.

Вернувшись с работы поздним вечером, я читала документы, когда раздался звонок в дверь. На пороге стоял он.

Не как всегда — не уверенный, не сдержанный. Растерянный. Уставший.