Книга Измена. Предатель, это (не)твой сын!, страница 36 – Анна Раф

– Не смогла отказаться… – если до этого момента я как-то ещё предполагал, что пожалею Эвелину, то после этих слов желание смягчить её наказание полностью исчезло. Она осознанно шла на преступление, и двигала ею жажда наживы.

– Ярослав Владимирович, – жестом указываю в сторону. – Пошли переговорим.

Следователь утвердительно кивает, и мы заходим за прозрачноестекло, где нас никому не слышно.

– В целом всё понятно. Белова связана с покушением на мою жизнь в Италии. Кто-то очень сильно хочет оставить меня без наследников. Ну и меня пристрелить.

– Мотивация ясна. Без наследников твоя компания уйдёт с молотка за копейки.

– Верно, – утвердительно киваю.

– И в Италии целью был не только я, но и моя беременная жена. Кто-то очень смелый хочет истребить всех Покровских, – озвучиваю очевидное умозаключение.

– Да. Дело приобретает куда более интересный характер. Чувствую, что одной статьёй Белова не отделается.

Пожимаю плечами.

– Скинь мне видео. Поеду к жене. Нам с ней о многом предстоит поговорить.

Полицейский скидывает запись допроса, и я со всех ног мчусь к жене. Сегодня я наконец верну свою любимую. Если, конечно, всё пойдёт по плану…

Татьяна

– Спи, мой хороший, – убаюкиваю сыночка и целую в лобик.

Владислав Владиславович – просто ангельский ребёнок. Спит и кушает, и практически не плачет.

Слышу, как поворачивается ключ в замочной скважине.

– Рано сегодня Лизка закончила, – произношу шепотом, поглядывая на настенные часы.

До конца рабочего дня ещё долго, а она тут как тут.

Бесшумно прикрываю за собой дверь в детскую комнату и скорее бегу к выходу встречать подругу.

Приближаюсь к порогу и едва ли не падаю в обморок.

Сердце начинает стучать как заведённое, а кровь громко гудеть в ушах.

Владислав закрывает за собой на щеколду входную дверь и снимает ботинки.

– Прости, что без приглашения. Не стал в звонок звонить, подумал, что разбужу Владика. Открыл своими, – указывает на связку ключей.

– Откуда? Так стоп, ты что тут делаешь? – совершенно теряюсь.

– Виктор Всеволодович – мой давний друг и партнёр, – пожимает плечами, – он сам мне дал ключи.

Вот это новость… Выходит, всё это время Покровский знал о моём местоположении?

Больше всего на свете сейчас мне хочется выть. Нигде мне не спрятаться от этого мужчины. Его длинные руки достанут меня абсолютно везде.

– Зачем ты пришёл? Тебе недостаточно? Ты и так попил мне крови! Тебе мало? – хочется кричать во всё горло, но я сдерживаю себя. Не хочется, чтобы сыночек просыпался из-за скандалов взрослых.

– Объясниться и цветы подарить, – указывает на огромный букет алых роз, лежащий на стуле.

– Забирай свой веник и прошу на выход! Или оставайся, и мы с сыном уйдём! – строжусь вполголоса.

– Погоди. Вот так всегда. Никогда не слушаешь и совершаешь импульсивные поступки, – осуждающе качает головой из стороны в сторону. – Я говорил с Эвелиной.

– С чем тебя и поздравляю. Обсуждали, в какой садик пойдёт ваша дочь?! – по максимуму вкладываю желчь в свой голос.

– Я не спал с ней! Ту ночь я провёл не за любовными утехами, а сидел в проклятом лифте! Меня подставили! Я тебе не изменял, сколько раз можно повторять?! – слегка раздражается, но голоса не повышает, понимает, что своими криками может помешать чуткому сну сына.

– Да сколько угодно. Я не верю ни единому слову лжеца!