Книга Измена. Предатель, это (не)твой сын!, страница 26 – Анна Раф

– Ух, подруга, главное не пожалеть в будущем…

– Я пожалею, если останусь одна на чужбине.

– Это точно… Ладно, я на работу. Жду от тебя звонка.

Прощаемся и я кладу трубку.

Возвращение – это не шаг назад. Это второй шанс. Шанс начать жизнь с чистого листа.

Я знаю, что в России мне будет легче. Там я смогу найти работу, которая позволит обеспечить нас с сыном.

Татьяна

Немного позже

Москва

Громкий рингтон мобильного телефона заставляет вздрогнуть.

Смотрю на экран мобильника.

– Профессор Фабио, – читаюс экрана и чувствую, как сердце начинает зашиваться, ведь доктор обещал позвонить мне, когда Покровский придёт в чувства.

– Алло, – поднимаю трубку.

– Татьяна Андреевна, здравствуйте. У меня для вас приятная новость, – делает многозначительную паузу. – Владислав Константинович пришёл в чувства и открыл глаза.

Сердце обливается кровью. Кровоточащие шрамы по новой начинают болеть.

– Пришёл в себя, – бормочу себе под нос долгожданные слова.

Как бы мне хотелось сейчас оказаться рядом с ним…

«Эви…» – в голове эхом раздаётся голос Влада… Первое сказанное им слово. Имя той, о ком он ни на мгновение не переставал думать. Имя мерзавки, разрушившей нашу семью.

– Честно сказать, я даже и представить не мог, что он вернётся к нам так скоро. Татьяна, это всецело ваша заслуга. Ваша вера помогла ему вернуться. Он слышал вас, каждое ваше слово. Ощущал каждое ваше прикосновение. Вы вернули ему желание жить.

Обида вновь захлёстывает меня… Он ощущал каждое моё прикосновение. Слышал мой голос. Слышал каждое слово… Слышал, но при этом не переставал думать о своей распрекрасной Эви.

– Спасибо, доктор, – произношу на выдохе. – Он пришёл в себя, это самое главное.

– Татьяна, я немного знаю русский, – произносит итальянец. – Но всё никак не могу понять значение слова «Эви». Все словари пролистал, но так ничего и не понял.

Сердце с болью ударяется об рёбра.

– Мерзавка. По-русски «Эви» – это мерзавка…

– Интересно. Владислав, как открыл глаза, что-то бормотал. В его речи то и дело проскальзывало «Эви.

Ком слёз встаёт в горле.

Я ходила к нему каждый день, часами сидела рядом и держала за руку. Рассказывала про нашего ребёнка… А он и не думал обо мне, не вспоминал. Ему всё это время снилась его любимая Эвелина, а обо мне он даже не вспоминал. Наверное, я только мешала ему своим нудным бубнежом.

– Спасибо доктор, – произношу в ответ и жму красную кнопку сброса звонка.

Татьяна

Три месяца спустя

– Танюш, я убегаю, – из прихожей доносится голос подруги. – Уже опаздываю, закрой, пожалуйста, за мной дверь.

– Ого, какое красивое платье! Просто отпад… Куда это ты такая нарядная? – восхищаюсь внешним видом девушки.

– Босс сказал, чтобы сегодня мой внешний вид был на высоте. К нему какой-то друг приезжает. Как обычно, будут в приставку играть и о делах разговаривать, а я кофе им таскать, – фыркает.

Уже три месяца длится командировка Лизы. Босс поселил девушку с детьми в большущей квартире в одном из приличнейших микрорайонов столицы.

Я хотела снимать собственное жильё, но подруга мне не позволила. Сказала, что нечего тратить деньги. Мол, комнат много, живите у меня.

Честно сказать, я даже не знаю, за какие такие заслуги небеса свели меня с Лизой. Не представляю, как бы справлялась без неё.

Владислав Владиславович перелёт перенёс нормально. Всю дорогу спал и, можно сказать, не плакал.