Книга После развода. Хирург, не возвращайся!, страница 10 – Анна Раф

В лицо метёт снег. На улице, освещаемой тусклыми фонарями, на удивление, ни души. Удивительно, ведь обычно здесь довольно людно.

Внезапно меня оглушает резкий сигнал автомобиля. От испуга замираю на месте, прямо посреди дороги.

На меня несётся чёрный тонированный внедорожник. На всей скорости. Он не думает тормозить…

Поворачиваю голову в сторону авто и вижу за рулём до боли знакомое лицо.

Сердце пронзает удар. Не успеваю отскочить.

Глухой звук и резкая боль от удара, растекающаяся по всему телу.

Меня швыряет на обочину. Лицо обжигает холод снега, а низ живота пронзает адская боль, от которой он начинает гореть.

Нет сил даже на то, чтобы закричать.

– Помогите… – только и шепчу я, чувствуя, как слёзы на щеках замерзают и превращаются в льдинки.

Машина, сбившая меня, ускоряется и уезжает куда-то вдаль.

В глазах меркнет. Силы покидают меня. Всё, что я чувствую – страх за малыша, который отчаянно борется за жизнь внутри меня.

– Помогите, – снова шепчу и проваливаюсь в пугающую темноту, смешанную с агонией и болью.

Темников

Месяц до начала событий книги

– Ещё один хирург уволился, – цежу себе под нос, составляя график дежурств на следующий месяц. – Плохо, как же плохо… Придётся идти к главному врачу и буквально выбивать для отделения людей. Иначе у нас попросту некому будет дежурить.

Все опытные врачи, работавшие у нас, либо уже ушли на пенсию, либо разочаровались в профессии, либо выгорели. Малая часть осталась верна своему делу, которое когда-то они выбрали душой и сердцем.

Хирургия – очень сложное искусство. Нервное, требующее постоянной концентрации. Не каждый может с ней совладать. И я не имею ничего против, если врачи, до этого десять лет отдавшие спасению жизней, берут паузу. Но… На их смену должен кто-то приходить, но…

Увы.

Так как я являюсь заведующим отделения торакальной хирургии, передо мной стоит задача найти новых хирургов, иначе…

Внезапно в дверь начинают стучать. Робко, тихо, аккуратно.

– Кто там? – невольно хмурюсь и поджимаю губы.

– Кость, это я, – в дверном проёме появляется Таня Белова, лучшая подруга моей жены и крёстная мать нашей дочери. – Не занят?

– Как бы тебе сказать, Тань… проходи, садись, – взглядом указываю на кресло. – Что такое?

Белова заходит в кабинет, в её руках я вижу дымящийся стакан с кофе и круассан с шоколадом из пекарни. Аромат мигом заполняет кабинет. Вспоминаю, что с самого вечера ничего не ел. Сначала – было внеочередное совещание больничного руководства, потом я всю ночь оперировал. Три экстренных пациента подряд! Это просто нонсенс. Разумеется, ни о каком сне не шло и речи. Сейчас на часах одиннадцать часов утра, на моём рабочем столе лежит кипа неподписанных и непроверенных документов и график дежурств, с которым я пытаюсь шаманить так, чтобы никто из моих врачей не слёг от перегрузки к концу месяца.

Давненько не было таких завалов.

Мне, чёрт возьми, даже в туалет сходить некогда. Не то, что до кафетерия.

От запахов еды сводит скулы и живот начинает урчать. Белова явно замечает это и улыбается.

– Вот, – ставит еду на стол. – Это тебе.

– С ума сойти, – яростно откусываю круассан и чувствую, как глюкоза мигом начинает всасываться и давать мне энергию и жизненные силы. – Спасибо, Тань. С чего такая роскошь? Очень вкусно…

В глазах Татьяны мелькаетискорка. На губы наползает ухмылка.