Книга Желание на любовь, страница 86 – Галина Колоскова

Она отправилась к двери кухни, но обернулась на пороге, попеременно поглядела на отца с матерью и проговорила с надеждой:

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи! – дружно ответили родители, понимая, что вряд ли для них она таковой станет.

Они долго молчали. Каждый прокручивал в голове прожитое. Пришло время для исповеди и покаяния перед собой, друг перед другом, прошлым.

Первым заговорил Вуд:

– Не знаю, как объяснить то, что произошло тем вечером в твоей спальне. Расскажи мне кто тогда, я не поверил бы и, наверное, нашёл не те причины случившегося, которые знаю сейчас.

– Знаешь или придумал? – прервала агента Паркер, то ли не желая, то ли боясь узнать истинную правду о происшедшем. Она давно надумала себе её, сложила вместе свои ощущения, его последние слова и рассказ Одри. Будет слишком больно услышать, что ошибалась, сломав неправильными выводами жизнь нескольким людям, в том числе себе и дочери.

Мэттью разглядывал пытающуюся казаться гордой и независимой брюнетку, в огромных глазах которой застыла боль.

– Ты на самом деле очень изменилась, однако за всей внешней бравадой я вижу страшащуюся узнать истину девочку, а не взрослую женщину.

Кэт растерялась от его слов.

– Позволь мне хоть раз договорить или расскажи сама, что произошло тогда. По твоему мнению. Давай начнём говорить друг другу правду. У нас взрослаядочь, – кивнул Мэтт на дверь, – и для её рождения, как и для зачатия, были причины. Я готов выслушать твои аргументы, раз так боишься узнать мои.

Она нервно рассмеялась.

– Моя причина тебе давно известна – любовь! Беззаветно влюблённая девушка провела ночь с тем, о ком грезила не один год.

Вуд взял кисти рук Кэтлин, прижал к губам и попеременно поцеловал тыльную сторону каждой.

– Успокойся. Я готов выслушать всё, что ты себе надумала. Хочу узнать причины, по которым лишила меня дочери. – Он удержал ладони пытающейся высвободиться брюнетки. – Я никогда и ни в чём тебя не обвиню. Расскажи всю правду, какой бы горькой она ни была. Хочу знать, через что пришлось пройти матери моего ребёнка.

Мэттью догадывался, что услышит после следующих слов:

– Можешь не верить, но ты все годы была рядом и давно из влюблённой девушки переросла для меня в любимую женщину.

Паркер выдернула руки из ладоней агента, вскочила со стула и сделала несколько шагов в сторону окна, затем вернулась и, опершись о стол, заговорила, пристально глядя в его глаза:

– Хочешь знать, что было самым обидным?

Он молча кивнул.

– Не слова благодарности Лесси, сказанные после того, как лишил меня девственности, не боль от того, что не погнался за мной, когда я выскочила из комнаты. Даже не то, что не подошёл ни на другой день, ни через, сделав вид, будто ничего не произошло между нами. Больнее всего оказалась правда!

– Какая?

– О том, почему ты это сделал!

– И почему, по-твоему?

– Я поняла всё через три дня, после рассказа Одри о том вечере, чем для вас с Лесси он должен был стать… и стал.

Вуд оторопел. Он не верил своим ушам. Сестра была в курсе и промолчала? Одного её слова хватило бы тогда, чтобы всё изменить. Это слишком не похоже на сующую всюду свой нос проныру. Почему же тогда она не кинулась искать Кэт после исчезновения?

– Одри знала правду?

– Она видела свечи, расставленные на полу в форме сердечка, и лепестки роз на постели в твоей спальне.