Онлайн книга «Желание на любовь»
|
– Не могу обещать, но клянусь: сделаю всё, чтобы ты больше не плакала по моему поводу! На несколько секунд в комнате воцарилось молчание. Первым его нарушил Харрис: – Наши десять минут на исходе. – Пап, не будь таким занудным… Старший Вуд отвесил лёгкий подзатыльник фривольной в суждениях дочери. – Я прежде всего врач и знаю, насколько необходим покой недавно перенёсшему операцию человеку. – Он кивнул на тарелку с металлическимкусочком сплющенной пули, на которую до этого никто не обращал внимания. – Я попросил оставить на память этот сувенир. Бренда подошла к столику, взглянула на сталь и покачала головой. Несколько граммов холодной смерти. Вылети она из ствола под другим углом – и блестящий комочек мог стоить жизни её мальчику. – Не хочу, чтобы к этому сувениру добавлялись другие… Мэтт посмотрел в понимающие, всепрощающие глаза того же цвета, что и у него с дочерью. – Мам, и тебе клянусь: больше так бездумно под огонь не полезу! Лилибет придвинулась к ногам отца, давая возможность бабушке присесть рядом, но Брэндон подставил тёще стул. Устроившись на краешке обитого кожей сиденья, Бренда погладила небритую щёку сына, почувствовав острое желание запустить пальцы в непокорные рыжие вихры любимчика, как делала это раньше, когда он был ребёнком. Но мальчик давно вырос и сейчас лежал перед ней на больничной койкей со спрятанными под плотной повязкой волосами. – Я тебе верю, иначе просто не смогла бы мириться с твоей профессией. – Она по-доброму улыбнулась, вовсе не желая винить или осудить Мэттью следующими словами: – Каждое твоё задание стоит мне нескольких часов жизни и добавляет седых волос. – Прости. – Он прижался губами к тёплой руке и, как несколько минут назад сделала Лилит, втянул ноздрями родной запах. Губы миссис Вуд дрогнули, но ей удалось сдержать слёзы, и в этот раз оправдывая звание сильной женщины. – Не за что прощать человека, дарящего не часы, а годы жизни другим. – Она наклонилась и осторожно поцеловала сына в лоб, прямо поверх бинтов. – Я очень горжусь тобой! – И я! – воскликнула Лилибет. Слова жены подхватил Харрис: – Мы все гордимся тобой. И теперь уже с того конца палаты, где стояла Одри, раздался всхлип, но она не была бы собой… – Вот только не задирай нос. – Заноза шмыгнула и в надежде, что никто не заметил рвущиеся наружу слёзы, произнесла бодрым голосом: – Эх, чёртова приёмная комиссия! Вы должны были бы сейчас говорить это мне! Она поморщилась. – Чувствую острый прилив сахара в крови и ещё в одном месте, но не могу смолчать: я тоже горжусь тобой, братец! Ко всеобщему удовольствию, Мэтт покраснел, что случалось крайне редко, и ответил с явным смущением: – Спасибо! В жизни не слышал столькодобрых слов, высказанных в мой адрес, но кто-нибудь ответит мне наконец: что с Риджем? Как всегда, когда дело касалось медицинских вопросов, говорил Харрис: – С ним всё хорошо. Пулю извлекли. Она задела малоберцовую кость. Парню придётся некоторое время поскакать на костылях, но могло быть и хуже. – Он улыбнулся и добавил: – Всё-таки вы оба везунчики, раз отделались лёгким испугом. – Кстати, об испуге… – Агент обвёл взглядом присутствующих и остановился на дочери. – Не нужно сообщать о моём ранении Кэтлин. Положив руку Лилибет на колено, он пресёк её попытку поспорить: |