Книга Пустышка, страница 18 – Дина Павлова

— Наслаждаться жизнью! Потом, когда пойму что он влюблен в меня по уши, забеременею… — пожимает плечами.

— Зачем?

— Чтобы он на мне женился.

Воцаряется молчание. Некрасивая история наклевывается, но ее обсуждать я больше не хочу. К черту этот мадридский двор! Надо сказать что у Ани никогда не бывает легких отношений, но вот женатых любовников до сих пор вроде не наблюдалось.

— Ты сейчас работаешь? — пытаюсь перевести разговор на другую тему, но куда там! Теперь Аня, пока не перескажет все свои новости о своем парне, не успокоится.

— Конечно же нет! Он меня полностью обеспечивает, подарки дарит… — подруга самодовольно улыбается, — Хочешь покажу?

— Конечно.

Аня вскакивает со стула, подходит ко мне вплотную и наклоняется:

— Посмотри! — она вытаскивает из-под рубашки висящий на цепочке кулончик в форме сердечка. Выглядит миленько и, наверно достаточно дорого, но не чрезмерно.

— Красиво, — киваю.

— Еще бы не красиво было! — она заливисто смеется, возвращаясь на свое место, после чего, вдруг коснувшись ладонью лба, охает: — он же мне еще сумочку подарил! А ты не обратила внимания?

— Обратила, так она настоящая? — простодушно спрашиваю, на что Аня, явно уязвленная моим вопросом, цедит сквозь зубы:

— Тыуже почти год живешь с таким богатым мужчиной и до сих пор не научилась определять оригинальную сумочку от пали? — в ее голосе обида, и я, стараясь смягчить ситуацию, отвечаю:

— Прости, Ань, ну я же не знала насколько богат твой любовник…

— Как будто только ты можешь встречаться с обеспеченными мужчинами!

Мне хочется ответить, что я не «встречаюсь с обеспеченными мужчинами», а живу с законным мужем, который был у меня первым и единственным. Но тогда я ее уязвлю, а мне этого делать совсем не хочется. Поэтому я поднимаюсь с кресла, подхожу к подруге и, обняв ее, произношу совсем тихо:

— Анечка, ну ты что? Ты же у меня самая красивая, самая лучшая. Конечно же с тобой должен быть миллиардер, не меньше!

Мои слова ее успокаивают. Аня целует меня в ответ и берет в руки свой новый клатч «боттега венетта». Он морковного цвета, яркий, все как она любит.

— Даже у тебя такого нет!

— Конечно, — соглашаюсь. На самом деле многого не надо чтобы удерживать наши дружеские отношения, хоть иногда и хочется брякнуть что-нибудь от души. Но я знаю, о чем стоит промолчать и где согласиться с Аней, чтобы моя единственная подруга меня не бросила.

Разговор с Аней провоцирует смутное беспокойство, причину которого я долго не могу понять. Мне кажется что я упускаю какой-то очень важный момент, и только через два месяца, во время очередного посещения гинеколога, я нахожу ответ на свой вопрос.

После осмотра я сижу в уютном кабинете с белоснежными стенами и картинами в золоченых рамах, а врач, пожилой профессор, выписывает новые назначения по витаминам и лекарствам. И тут в моей голове рождается вопрос, который наконец-то удается сформулировать:

— Илья Андреевич, согласно диагнозу я не могу родить ребенка потому что плод не в состоянии закрепиться в матке, так?

— Да, все верно, — он поднимает на меня взгляд, глядя сквозь очки с узкими стеклами, — А что вас смущает?

— Смущает что зачать я могу! Я не могу выносить!

— Вы правильно сделали вывод, — кивает.

— Но мы с мужем не предохраняемся, и при этом за последние месяцы я так и не забеременела… — я говорю это неуверенно, а вдруг я ошибаюсь? Или все-таки мои опасения не напрасны? — Ведь если бы беременность случилась, то я бы это почувствовала. Да и анализы бы показали.