Книга Измена. В ловушке, страница 53 – Дина Павлова

Меня это окончательно выводит из себя. Да сколько можно надо мной издеваться! Только и знает как унижать! Всю мою жизнь она мне только и рассказывает что я не мужик! Бесит!

— Хватит, мам! От твоих нравоученийголова болит! Лучше скажи что делать!

— Мирись с Мариной, если не хочешь остаток жизни жить с Викой. Или ты уже отыграл назад?

Я уже не знаю с кем я хочу. Обе дряни. Но так-то да. Марина красивая, независимая… Да и трахается потрясно. Поэтому вывод лежит на поверхности. Между «ладой» и «мазератти» я выбираю «мазератти».

Только как теперь восстановить отношения? Так что зря я Марине по «ватсап» писал, пока ехал, что она стерва. Но это сгоряча, простит. Теперь план другой. Надо с ней мириться. Тем более, думаю, она уже поплакала, успокоилась… И конечно же по мне соскучилась. А то что не отвечает, тут все понятно. Женщины — они такие, любят повыделываться, набить себе цену.

Остаток вечера я пишу сообщения Марине, предлагая помириться, потом звоню. Нет, ни черта! Стерва так стерва! Характер показывает значит. Ну ничего, я ее завтра так оттрахаю, чтобы почувствовала всю мою мужскую силу.

На следующее утро я приезжаю на факультет без пятнадцати восемь, чтобы успеть поговорить с Мариной. Она обычно не опаздывает, вот что значит человек нацелен на карьеру. Так что в этом плане моей любимой надо отдать должное.

Ага, дверь кабинета приоткрыта. На месте. Захожу без стука закрывая за собой дверь. Сидит, красотка! В стильном темно-бардовом пиджаке, блузке с глубоким вырезом… Как же она хороша!

— Привет, — подхожу ближе. Обожаю этот образ учительницы!

— Привет, — откидывается на спинку кресла, не сводя с меня взгляда, — Что ты хочешь?

— Пришел мириться.

— Так мы и не ссорились, — пожимает плечами. Ах ты ж курва! Ну ничего.

— Мариш, ты меня расстраиваешь. Мы же пара, или что?

— Ты меня поставил в ситуацию, при которой я почувствовала себя абсолютно беззащитной, — поднимается с кресла и подходит ко мне. На ней юбка до колен, волшебно обтягивающая упругую задницу.

— Прости меня, котик. Я и сам растерялся. Но мы что-то должны сделать… А то на мне вся ответственность, — подхожу к ней вплотную и, положив руку ей на талию, дышу ей в ухо, касаясь языком мочки: — Мы же любим друг друга.

— Не сейчас, — тоже переходит на шепот. Значит, порядок. Она тает в моих руках, как мороженое.

— Мариш, но мы еще должны решить как мы будем жить вместе. Согласись, зачем нам снимать квартиру, если есть твоя? — провожу рукой по ее заднице.

— Ты прав, ноя должна переселить свекровь, понимаешь? Мне нужно пару недель для этого. Просто потерпи немного…

Отстраняюсь, делая вид что глубоко возмущен ситуацией:

— Пару недель? А мне в это время жить с мамой? — хмуро смотрю на Марину. Она в ответ нервно одергивает пиджак, обтягивающий шикарную грудь.

— Прости, но пока что по-другому не получается. Кстати, может ты ноутбук с докторской у меня в сейфе оставлять будешь? Сам понимаешь, это слишком ценная вещь, чтобы таскать по вагонам метро… — улыбается, но так виновато. Чует, что накосячила своим выпендрежем. Но я же мужчина, поэтому к истерикам девушек отношусь со снисхождением.

— Не получается у нее… Ну ладно. А с ноутом неплохая идея. Надоело его таскать туда-сюда.

Следующие пару дней проходят без каких-либо эксцессов. Марина как шелковая, и мне начинает казаться, будто в нашей жизни наступил новый медовый период. Даже злиться на любимую не получается: я понимаю, почему она не может пригласить меня в свою квартиру прямо сейчас. Все элементарно! У Марины просто нет денег. Свекровь надо куда-то отселить, а на окраину города не хочется. Вот любимая и ждет, когда наконец у заочников начнется сессия, и я принесу ей денег. А значит, решу ее проблему.