Онлайн книга «Обида Крошечки-Хаврошечки»
|
Я сделала отрицательный жест рукой. – Ну погоди, – зашипел Егор, – вот завершится показ… Что произойдет, когда мероприятие закончится, я не услышала, потому что вытащила наушник и сунула его в карман платья. Глянула на сцену, потом на зрителей и поняла, что если сейчас не начну управлять действием, открытие Недели красоты превратится в мероприятие, которое получит тьму наград во всех номинациях премии под названием «Золотая утка моды», которую организовали и проводят на редкость ехидные блогеры. Я выдохнула и спросила в микрофон: – Как вам онлайн-модель? – Отстой, – ответил Володя. Я воспряла духом – хорошо, что наш любимый олигарх тут как тут, он всегда готов активно участвовать в любом веселом действии. Ну держись, Холин! – Согласна, – кивнула я. – Полный позор! Но я уже говорила, что сегодня у нас необычное открытие Недели красоты. На этот раз оно посвящено новым технологиям в моде. Часть из них прекрасна! Как вам платье и брюки, которые не изменились, претерпев суровые испытания? Кристина и Леонид в них падали, ползали… – Шикарно! – завопил женский голос. – Одежда в полном порядке! Зрители зааплодировали. – А что скажете об онлайн-варианте? – рассмеялась я. – Мне такую на ужин пригласить стремно! – объявил Владимир. – Верните Крисю, с ней готов куда угодно отправиться. Народ начал хохотать, а я подумала, что Бузяков способен скупить все флаконы с одеколонами в «Баке» и в придачу фабрики, которые их разливают, но надо после показа вручить ему ВИП-ВИП-бокс за неоценимую помощь моим попыткам спасти шоу маразма. – Ой, Степаниде плохо, – произнес женский голос, – крючит бедняжку… Я посмотрела на сцену. Онлайн-чудовище вело себя странно. Оно медленно оседало на пол, издавая странные звуки – то ли кашель, то ли смех. Я растерялась. Что происходит? Как мне себя вести? Одно понятно – нельзя молчать, иначе зал заподозрит, что катавасия не спектакль, а реальный бардак. – Вот видите, – с наигранной печалью сказала я, – дурно Степе. Но не мне, я пока не онлайн-версия. На подиум выскочил Холин. Он явно хотел утащить терпящего бедствие монстра, но попал в собственную ловушку. Егор поскользнулся, взмахнул руками и упал. Зал захлопал, но вдруг затих. – Мама! – пропищала Луиза Михайловна. – Он сейчас родит кого-то! Натянулась такая тишина, что у меня заболели уши. Чудовище легло на сцену, забило руками-ногами… – Боже, припадок эпилепсии! – перепугалась какая-то дама. Я не знала, что делать, но на всякий случай, включив весь оптимизм, объяснила: – Шоу продолжается! Сейчас произойдет нечто феерическое! Я понятия не имела, что случится и случится ли вообще. Хотела вздохнуть, но не получалось. И вдруг! Кукла повернулась на живот, на ее спине зашевелилось платье, послышался голос: – Да вашу …! Хреновая одежонка! Да чтоб еще раз согласился за пять копеек в такую фигню вляпаться! Зал сидел в полном молчании, а я лихорадочно думала, как спасти открытие «Недели красоты». Платье на монстре разорвалось, показалась… голова. – ….! – завизжала Луиза Михайловна. – Там кто-то внутри! Одежда превратилась в лоскуты, которые разлетелись в разные стороны. Спина фигуры предстала обнаженной, она вдруг раздвинулась, из монстра вылез тощий парень, на котором не было никакой одежды, кроме ярко-красных трусов с изображением кроликов, которые… э… э… как бы интеллигентно описать действие зверушек? Занимались процессом воспроизведения себе подобных в самых разных позах. |