Онлайн книга «Обида Крошечки-Хаврошечки»
|
Егор показал на манекен. – Ее зовут Степанида! – Прикольно, – рассмеялась Несси. – Вы решили подарить Степашке манекен в рост человека? Ее портрет? – Ничего общего у красотки с моей внучкой нет, – отметила Белка. – Перед вами мое детище, – смеялся Холин. – Интерактивная манекенщица для выставок и презентаций, управляется онлайн! – Зачем она нужна? – не сообразила Аня. – Завтра у нас огромное мероприятие, открытие Недели красоты, – затараторил Холин. – Увидите мою Степаниду в действии. У всех гостей пачки отвиснут! – О! О! О! – восхитилась Несси. – Можно мне билетик? Обожаю балет! Егор округлил глаза. – Танцы не планируются, сначала показ мод, потом фуршет. – Вы сказали «пачки отвиснут», – напомнила Агнесса Эдуардовна. – Пачка – это одежда балерины. – Ну… просто выражение такое, – начал объяснять наш главный по пиару и рекламе. – «Отвиснет пачка» в переводе на литературный язык означает «от удивления рот откроется», – прошипела Аня, для которой Холин – как красная тряпка для всех рогатых животных. – Жаль, что не увижу балетное представление, – расстроилась Несси, но тут же воспряла духом: – Обожаю все, что связано с красотой. Можно билетик попросить? – Нет, – отрезал Егор, – количество мест ограничено, они все уже заняты. На лицо Агнессы Эдуардовны село выражение детской обиды. Холин продолжил: – Завтра Степа покажет, на что она способна, все ахнут, увидев ее. Я наконец обрела дар речи: – Зачем ты назвал куклу так же, как меня? – Прикольно же, – потер руки парень. – Кстати, теперь здорово сэкономим на «вешалках». – Кукла никогда не заменит живых девушек, – отрезала я. – И, наверное, она немалых денег стоит. Нецелевое использование бюджета не приветствуется. – Фирма «Бак» всегда опережает прогресс! – радостно объявил Холин. – Мы впереди всех! И завтра утрем всем нос! Онлайн-управляемая модель! Сплошные плюсы! Не ест, не пьет, не нюхает, не ширяется, не капризничает, не требует подарков и увеличения гонорара, не злится, что ее плохо накрасили или не то на нее надели, не уходит в загул, не хамит фотографам и журналистам, не спит с женатыми, не… – Не соглашалась на использование своего имени для робота! – начала сердиться я. – Оно тебе не принадлежит, – отбил мяч Холин. – Мария, Татьяна, Наталья, Елена, Ольга и так далее. Тысяч баб так зовут. И Егоров тьма. Имя – оно для всех. Вот чужой авторский псевдоним – допустим, Милада Смолякова – нельзя писателю на свою книгу поставить. Но! Егор захихикал. – Если бабенка имеет паспорт, где стоит «Милада Смолякова», то она тоже может начать стряпать свои книжки под фамилией Смолякова, и никто ей ничего не скажет. – Маша, Таня, Лена, Оля, – повторила моя помощница. – Я сама вот Аня. Никакой агрессии по отношению к другой Анне не испытываю. Но Степанида! Можешь назвать еще женщину, которая откликается на Степу? – Да! – радостно кивнул Егор. – Их полным-полно! Степанида Борисова, прекрасная певица из Якутии. Саможикова Степанида, актриса Хакасского театра «Читiген». – Похоже, ты хорошо подготовился, – заметила Аня. – Слышала и про Борисову, и про Саможикову. Яркие, красивые, замечательные, талантливые. Но они далеко от нас. Одна в Якутии, другая в Хакасии. В холдинге «Бак» – да и вообще в мире моды – Степа одна! Когда манекен появится на Неделе красоты, все вмиг Козлову вспомнят. Ты просто решил ее посмешищем сделать. |