Книга Тайна цветочного рая, страница 61 – Дарья Калинина

— Понятно, — вздохнула Валентина. — Мы тут все как в тюрьме. Одна видимость, что свободны. Ни шагнуть, ни дыхнуть, всюду камеры. С внешним миром связаться невозможно. Каждый разговор записывается. Если ляпнешь что-то не то или о помощи попросишь, накажут.

— Зачем же вы миритесь? Взяли бы да ушли.

— Многим просто некуда идти. И потом Кристина так все повернула, что будто бы все запреты для нашего же блага. Оберегают они нас. А по факту не нас они оберегают, а свои делишки под шумок прокручивают!

— А что за делишки-то?

— Я не знаю. А что, полиция точно не придет?

— Не будет полиции.

— Ой, плохо. Пропали мы.

— Самим придется выкручиваться.

— Не получится у нас ничего. Я у них и так на подозрении. Они меня сегодня полдня промариновали, все допрашивали, зачем я к вам сунуласьс тем буклетом. Пришлось под идиотку косить. Тут только так и можно выжить. Вроде бы поверили. Я уж думала, что сегодня вы нас всех спасете, а вы одна пришли. Вы совсем ненормальная или как?

— Я не одна, я с подругой.

— С той, с которой вы приезжали днем? И где она?

— Где-то тут, — неуверенно ответила Оля. — А где Авелина? Ты написала, что ее держат внизу в камере.

— Да. В подвале, в карцере. Я случайно узнала, что она там. Нам-то всем сказали, что Авелина уехала. Мол, муж за ней приехал, помирились они и уехали. Только вранье все. Муж приезжал, верно. Только на его машине потом Кристина с Тараканихой уехали. Авелина тут осталась. Может, и муж никуда не уезжал. Надо у Авелины спросить, что с ним случилось.

— Так пошли к ней. Ты знаешь, как попасть в карцер?

— А то! Когда все это случилось, я у Кристины в коттедже дежурила. Мы все у нее по очереди дежурим. Ну как дежурим — пол у нее моем, убираемся во всем доме. Я еще днем должна была отдежурить, но у меня живот разболелся, я в туалетной комнате у нее отсиживалась, потому и с уборкой задержалась. Думала, какая разница, Кристина все равно уезжать вечером должна была куда-то, вот я и решила, что в ее отсутствие все быстренько закончу. Она и не заметит. Она про меня вообще не знала, что я там у нее до сих пор сижу. Тогда они Авелину и привели.

— Скажи мне главное, Авелину ты сегодня видела? Она жива?

— Сегодня нет, вчера видела.

— Так она у Кристины в коттедже?

— И да, и нет. Она под коттеджем. Но мы с тобой к Кристине не пойдем, она сейчас у себя, да и Тараканиха бдит. Мы с тобой через нашу столовую пройдем. Тут все строения между собой связаны. Не знаю, с какой целью подземные ходы прокопаны, но мы с тобой по тайному ходу из столовой прямиком к Кристине в подвал заявимся. У нее там вино хранится. И неплохое, кстати говоря. Видела наши теплицы?

— Да. Огромные.

— Вот там виноград у нее и растет.

— Неужели?

— Отлично растет. И вызревает. И покушать, и на вино. Вино вообще отличное. И много. Да сама сейчас все увидишь.

Валентина не соврала. В винный погребок они попали без всякого труда. Прошли через пустую в этот поздний час столовую, потом прошли по слабо освещенному, но все же чистому и опрятному коридору, про который никак нельзя было сказать, что он какой-то там особотайный.

— Да никакой тайны нету. Все про него знают. При случае пользуются, вот как мы с тобой сейчас.

Погребок оказался тоже очень симпатичным. Тут была приятная прохлада, вдоль стен стояли стеллажи с бутылками, а в середине выстроились огромные давильные и бродильные чаны, в которых осенью винограду предстояло превратиться сначала в сок, а потом и в вино. Тут же стояли деревянные бочки, судя по звуку, полные.