Онлайн книга «Детектив к Новому году»
|
И снова влезла Полина. И снова заговорила снисходительным тоном — прямо школу напоминает, когда ее классная журила: — Да на что же вы обижаетесь, Танечка? Ваши права ведь никто не ущемляет, на вашей зарплате мое присутствие никак не скажется. В команде стажеры есть? Есть. Вот и считайте меня одним из них. — Стажеры у меня за кофе бегают, — усмехнулась Татьяна. — А ваша Полина (она по-прежнему обращалась к шефу) явно командовать привыкла.Будет указывать: снимать будем на Бали, там теплее, а вот здесь лучше написать не «зеленый», а «салатный»… И тут же нарвалась на мягкое Полинино: — Таня, а вы всегда сразу идете на конфронтацию? И в отношениях с заказчиками — тоже? — О да, да! — ответил за нее шеф. — Татьяна у нас Овен, огненный знак, шум, гром! Если что не по ней — так сразу и приложит! — Давайте так. Вы про меня поговорите без меня, — отрезала Садовникова. И сообщила Брюсу: — А заявление об уходе я через секретаря передам. …Однако уйти из «Ясперса» оказалось не так просто. Маккаген — хоть и прямолинейный дурак, а быстро понял, что ценного сотрудника, каковым являлась Татьяна, ему терять не с руки. И завертелось: «Да мы вас не отпустим, да все будет хорошо…» И даже зарплату прибавил на весьма ощутимую сумму. Явно берегут, раз добавляют денег во время черной полосы. Но Таня все равно была тверда: нянек она не потерпит и из агентства уйдет. Тем более что навела о Полине справки и выяснила: действительно, за той не случилось никаких особых заслуг. Прежде служила эккаунтом в паре никому не известных рекламных агентств. Ни из какого особого кризиса их не выводила. И чем обольстила зубра Маккагена — решительно непонятно. То ли технологии НЛП, то ли просто отдалась. А шеф ее теперь спасительницей мира представляет. Однако перед тем, как уволиться, Татьяна решила посоветоваться с отчимом, любимым толстяком Валерием Петровичем. Таня выложила ему все, вплоть до того, что пожаловалась: «Полина с собой даже секретаршу привела. Такую же, как она, унылую особу». У самой Татьяны личной секретарши не было, и, значит, по всем статьям выходило, что у выскочки Вершининой статус выше. Однако отчим ее гнева не разделил. Подумал, пожевал губами, подымил вонючим «Опалом». А потом вдруг и выдал: — Будешь злиться, конечно, Танюшка… но твой шеф прав. — Что?! — опешила девушка. — Ты действительно порох, огонь. Тебе ограничитель скорости нужен. Вдруг эта Полина как раз им и окажется? Попробуй, может, действительно сработаетесь? К тому же, говоришь, тебе и зарплату прибавили. Подумай сама: если б не ценили, деньжат бы не подкинули… И Татьяна смирилась. Первое время Полина раздражала ее ужасно. Всем. И своим вечно идеальным, отутюженным видом — даже после многих переговоров, вконце рабочего дня. И ногти у нее никогда не ломались, и лак с них не слезал. И голос вечно беспечный, нежный — такое впечатление, будто она живет в собственном тихом особняке, а не в жесткой столице. Да и вообще вся такая правильная, аж скулы сводит. Никогда ни единого жаргонного словечка. Не пьет, не курит. Успешный муж, построенная по ипотеке квартира, талантливый сын — Полина как-то сообщила, что ребенку всего шесть лет, а он уже свободно по-английски разговаривает… Но в творческую кухню Вершинина, как и обещала, особенно не лезла. На мозговых штурмах, что проводила Танина группа, сидела тихонько, только наблюдала, прислушивалась. И если что-то подсказывала Садовниковой, делала это корректно. Всегда с глазу на глаз, в самой мягкой, чуть не просительной форме. Хоть и обидно было признавать, но иногда ее советы имели смысл. Например, однажды Полина сказала: |