Книга Детектив к Новому году, страница 44 – Надежда Салтанова, Татьяна Устинова, Елена Логунова, и др.

Как и ожидалось, к приезду кузена муж отнесся подозрительно, и Юле потребовались усилия, чтобы его убедить. Она чуть не расплакалась, думая, что ничего не получится, и это подействовало.

— Хорошо. Путь приезжает. Но прошу: пришли фото его паспорта.

Надо же! А Кочкин как в воду глядел!

— Конечно, милый. Думаю, Дима не будет против. Он же понимает, что ты обязан быть осторожным.

— Вот именно. Кстати, я возвращаюсь через пять дней. Надеюсь, ты избавишь меня от знакомства с кузеном.

— Не волнуйся. К тому времени он уедет.

Обрадованная, она позвонила охраннику и сообщила насчет брата. Тот ответил, что все понял. Удивления в его голосе Юля не заметила и догадалась: Богачев предупредил охрану.

Через два часа она встретила Кочкина у входа.

— Привет, сестренка, — тепло поздоровался он и крепко, но вполне по-братски обнял. — Давно не виделись, поэтому не мог не заскочить к тебе. Прости, если потревожил. Не хотел быть невежливым. Просто другого случая не представится.

Это прозвучало так искренне, что Юля сразу успокоилась: Кочкин — профи. Он все понял правильно.

По пути в гостиную она шепнула:

— Потребовал фото паспорта.

— Не волнуйся, — ответил Кочкин и протянул паспорт.

Юля открыла первую страницу и вытаращила глаза.

— Дмитрий Николаевич Костров? Так это же девичья фамилия моей мамы!

— Говори тише.

— Ничего себе. У нее ведь и правда был брат Николай. Умер.

— Верно. А у него сын Дмитрий.

— У него не было детей.

— Теперь есть. Не беспокоитесь, сомнений ни у кого не возникнет. Даже у Богачева.

С каждой минутой Юля успокаивалась все больше. Кочкин вел себя так, словно они знакомы всю жизнь, и при этом деликатно. Во время обеда рассказывал «домашние новости», вспоминал общих родственников, передавал приветы от дядь и теть, и все это непринужденно и весело. Юля даже заслушалась, однако не забывала поддакивать и всплескивать руками, когда повествование того требовало. Вспомнив умершую мать, Кочкин утер скупую слезу, и Юля чуть не прослезилась вместе с ним, так он был убедителен.

— Где мы можем поговорить без опаски? — тихо спросил сыщик, когда прислуга унесла посуду.

— Пойдемте ко мне. Камер там нет.

— Зато могут быть жучки.

— Прослушка? Нет! Вы что!

— Береженого, как говорится, — выразительнопосмотрел Кочкин и добавил: — Покажи мне зимний сад, сестренка. Помнится, ты хвасталась.

— Конечно, Дима.

Гуляя по зимнему саду, устроенному на месте бывшей оранжереи, они договорились, что Кочкин поселится на их с Богачевым половине в небольшой гостиной, выходящей на веранду.

— Через нее можно выйти на улицу, и комната находится на первом этаже. Она далеко от нашей спальни, — уточнила Юля и невольно покраснела.

Подумает еще, что она боится его приставаний.

Детектив, однако, даже ухом не повел, только кивнул.

— Ночью я приступлю к работе, а вы запритесь и ни в коем случае не выбегайте в коридор.

— А если злоумышленник при вас ничего предпринимать не станет?

— Я сделаю так, чтобы он не видел во мне опасности.

— Как?

— Напьюсь и стану храпеть!

Юля вытаращила глаза.

— В самом деле?

— Я не пью и не храплю, но он будет уверен в обратном. Возможно, в первую ночь ничего не случится, но если ему очень надо…

— А что ему надо, как вы считаете?

— Обращайся ко мне на «ты», ладно? Пока я не узнаю точно, могу только предполагать.