Книга Убийство на улице Доброй Надежды. Два врача, одно преступление и правда, которую нельзя спрятать, страница 47 – Бенджамин Гилмер

– Или он прикидывается сумасшедшим?

Вернувшись домой, я первым делом принялся за чтение протоколов суда над Винсом. Разумеется, кое-какое представление об этих материалах я уже получил. Сара изучала их уже несколько недель и время от времени звонила мне, чтобы зачитать какой-нибудь особенно яркий фрагмент вслух. «Ну разве это не дурдом? Сам-то ты эту хрень читаешь?» – говорила она. Я разделял ее изумление, но, разрываясь между работой в клинике и преподаванием, так и не удосужился прочитать все целиком.

Однако после встречи с Винсом пришлось это сделать. Как этот слабый, очевидно нездоровый человек мог защищать самого себя в суде? Что с ним происходило?

Я решил, что ответы скрыты где-нибудь в недрах этих протоколов. Выделил выходные, отправил детей к бабушке с дедушкой и засел в кабинете со стопкой бумаг толщиной с анатомический атлас.

В конечном итоге мне понадобилась неделя, чтобы прочитать все от корки до корки. Процесс продолжался четыре дня и вылился в несколько сот страниц протоколов судебных заседаний. В них было много трудных для понимания правовых тонкостей и процедурных вопросов. Но при всей этой юридической зауми мне быстро стало понятно, что это был неординарный судебный процесс.

Это была катастрофа. С самого начала, и даже раньше, прежде чем кто-либо из участников процесса вошел в зал суда округа Вашингтон.

Из газет я уже знал, что Винса экстрадировали в Вирджинию после разрешения путаницы с местом совершения убийства. В тот вечер Винс проехался с Долтонам по трем штатам: Северной Каролине, Теннесси и Вирджинии – и в признательных показаниях неоднократно называл местом убийства каждый из них. Никто не оспаривал, что в конечном итоге тело оказалось в округе Вашингтон штата Вирджиния. Но детективы так и не смогли достоверно определить, какая из версий Винса была корректной. На месте преступления был только труп. Ни отпечатков пальцев, ни пятен крови, ни следов борьбы.

Эшвиллский адвокат Стив Линдсей не имел права представлять интересы Винса в Вирджинии. Но из писем, которые предоставила нам Терри, я узнал, что он считал: Винсу нужно просить об оправдании на основании невменяемости, а суд в Вирджинии может иметь определенные плюсы. Местные присяжные не знают Винса Гилмера. Судебный процесс будет менее эмоциональным и получит не такую широкую огласку в СМИ. Кроме того, существовала вероятность, что там это преступление не сочтут заслуживающим смертной казни.

Не по этой ли причине Винс так и не смог вспомнить, где именно убил отца? Неизвестно. Но, возможно, к этому некоторым образом был причастен его адвокат. Опытный судебный юрист Линдсей разработал подробный план защиты по основанию невменяемости. Он хотел представить Винса раскаявшимся преступником, которого в ночь убийства подвел собственный мозг, и сразу же рекомендовал ему сдать его медицинскую лицензию. Винс понимал, что заявление о невменямости будет означать, что больше никогда не сможет заниматься врачебной деятельностью. По просьбе Линдсея Винса обследовал самый опытный в городе судебный психолог Тони Скиара. Как ни странно, я так и не обнаружил результаты этого обследования.

В Северной Каролине у Винса был хороший адвокат. Но, как я понял из протоколов предварительных судебных заседаний, после экстрадиции в Вирджинию ситуация с его защитой ухудшилась. Гилмер постоянно спорил со своими новыми адвокатами, мешая их работе.