Книга Сладкая штучка, страница 56 – Кит Даффилд

А я смотрю, спряталась и смотрю из своего укрытия, как они болтают, смеются и… начинают влюбляться. Обсуждают меня, смеются над Линн с ее причудами. Ждут, когда солнце опустится за горизонт, кафе закроется и они смогут пойти домой. Вместе. И потрахаться.

Я не хочу этого видеть. Жалею, что пришла сюда, но теперь уже не могу уйти. Надо остаться и принять это. Я должна об этом знать.

Думаю, это мое наказание за то, что тайком просматривала его переписку в «Фейсбуке»[13].

Беккет

– Ну и скоро Линн подтянется? – спрашивает Кай, когда мы отстраняемся друг от друга.

– Она… – отвечаю я, потирая шею, – она не придет.

Кай вскидывает голову. Он явно растерян.

– Я ее не пригласила.

Кай с приоткрытым ртом медленно кивает.

– То есть… только мы двое?

– Да, прости. Это странно?

Пожалуй, немного странновато.

– Да нет, не странно. Нормально, в общем. Я просто… – Кай достает из заднего кармана бумажник. – Что будешь пить?

Жестом патрульного выставляю перед собой ладонь:

– Этот круг за мной.

– Но тебе не обязательно…

– Я хочу. К тому же у меня ведь не было возможности ответить в пабе, помнишь? За то, что я, не специально конечно, но все-таки спровоцировала того недоумка броситься на тебя.

Кай со смехом прикасается двумя пальцами к зеленовато-фиолетовому синяку.

– Ты в этом не виновата.

Я морщусь:

– Но вроде так оно и было?

– Ладно, в любом случае, – он убирает бумажник, – я это ценю. Флэт уайт, пожалуйста, с овсяным молоком.

– Вот дьявол.

Кай удивленно смотрит на меня:

– Ты в порядке?

– Да, просто была не в курсе, что овсяное молоко добралось до этих мест.

– Ну, знаешь, за пределами М25[14]не сплошь деревенщина живет, встречаются и приличные люди.

Кай тепло улыбается, а я с виноватым видом опускаю голову.

– Ты прав, и поделом мне. Морковный пирог?

– О да, большой кусок. Он у них тут отменный. А я пока займу нам столик.

Спустя еще несколько минут мы сидим друг против друга за столиком в углу кафе. На столе перед нами дымящиеся чашки с кофе и тарелки с треугольными кусками морковного пирога. Кай проверяет свой телефон и кладет его экраном вниз рядом с чашкой.

– Надеюсь, ты не против, что я нашла тебя в «Фейсбуке», – говорю я, отламывая вилкой кусочек пирога. – Просто подумала, что было бы неплохо, ну, не знаю… позависать где-нибудь.

– Конечно не против. – Кай поднимает чашку и смотрит на меня темными глазами. – И как у тебя дела, после того пятничного вечера? Кажется, это принято называть боевым крещением.

Отправляю в рот маленький кусочек пирога.

– Ну, ни в какие потасовки я больше не ввязывалась, так что можно сказать – хорошо. – Пирог тает на языке. – Господи, какое блаженство, это даже лучше, чем секс.

Кай понимающе кивает и опускает чашку на стол.

– Тут все дело в секретном ингредиенте.

– И что же это за ингредиент? – спрашиваю я, не прожевав очередной кусок пирога.

Кай подается вперед и, понизив голос, шепчет с акцентом уроженца Хайленда[15]:

– Секрет в ананасе.

– Ой, да брось ты.

– Не брошу.

– А тебе-то откуда об этом знать?

– Оттуда, что я сам готовлю отличный морковный пирог. – Кай откидывается на спинку стула. – Ананас – залог успеха. А если хочешь, чтобы начинка была посочнее, добавь коричневый сахар и столовую ложку греческого йогурта.

Начинка посочнее. Он со мной флиртует?

Отламываю вилкой еще кусочек пирога.