Книга Сладость риска, страница 36 – Марджери Аллингем

Он отворил дверцу шкафчика, спрятанного под декоративными панелями, и извлек декантер и бокалы такой изумительной красоты и цвета, что их можно было с легкостью принять за музейные. Густо-красное вино выглядело многообещающе, но лишь когда гости его пригубили, до них дошла вся правда. Гаффи и Кэмпион переглянулись, а Игер-Райт стиснул ножку бокала.

– Вы говорите, сэр… у вас большие запасы? – отважился он спросить.

– Полный погреб, – радостно сообщил доктор. – Хорош, не правда ли? Должно быть, очень-очень старый.

Компания помрачнела. Человек может прожить сорок лет, имея полный погреб великолепнейшего вина, и пить, возможно, даже напиваться – что за богохульная мысль! – не отдавая себе отчета в том, каким сокровищем обладает. По крайней мере, для Игер-Райта и Гаффи это было трагическим и жутким открытием.

Они пили портвейн, и добродушная помпезность маленького доктора становилась все менее заметной. Гэлли сидел в громадном кресле с бокалом бесценного вина в руке; сумрак в комнате усугублял черноту его смокинга. Доктор теперь выглядел не живым человеком, а персонажем – странным маленьким персонажем в своем ароматном доме-мавзолее.

Беседа шла на самые общие темы. Доктор на удивление мало знал о происходящем в мире. Политика текла мимо него, и он интересовался лишь именами из давно минувших лет.

Заговорили о церкви напротив, и он сразу оживился и выказал богатые познания в архитектуре, подкрепленные здравым и неординарным подходом, что повергло гостей в изумление.

Вечер постепенно вступал в свои права, и тени в комнате сгустились, барочное бюро растворилось во мгле. Странность в поведении хозяина, которую молодые люди наблюдали с момента своего прихода, усилилась. Доктор явно следил за временем, ожидая какого-то события.

Беседа забуксовала, и Гаффи пару раз недвусмысленно глянул на свои наручные часы.

Хозяин наконец встрепенулся и с проворством птицы, слегка насторожившим гостей, сорвался с кресла, подбежал к окну и посмотрел на небо.

– Пойдемте, – сказал он. – Пойдемте. Вы должны увидеть мой сад.

Почему надо было дожидаться почти кромешной темноты, чтобы показать эту часть хозяйства, он не объяснил, но всем своим видом давал понять, что ничего странного тут нет. Гости проследовали за ним по коридору и через боковую дверь вышли в сад, где буйно росли цветы и травы, насыщая вечерний воздух пьянящими ароматами.

– Всеми этими растениями управляют Луна, Венера и Меркурий, – сообщил Гэлли будничным тоном. – Не правда ли, довольно забавная идея? Цветы Солнца, Марса и Юпитера растут в парадной части сада. Пожалуй, садоводство – мое единственное увлечение. Но я привел вас сюда не для того, чтобы показывать растения. Пойдемте в конец сада, вон туда, на бугор. Представьте себе, это могильный курган. Его никогда не раскапывали, и я не вижу никаких причин это делать. Заглядывать в могилы, даже ради науки, – увольте, я не считаю такое правильным.

Он двинулся вперед, поднимаясь на круглый рукотворный холм – место захоронения какого-нибудь доисторического вождя. Пробираясь между деревьями, доктор стал еще больше похож на гнома.

– Кой черт мы сюда пришли? – пробормотал Гаффи едва слышно, плетясь в хвосте небольшой процессии. – Полюбоваться, как растет мак под влиянием Нептуна?