Книга Сладость риска, страница 16 – Марджери Аллингем

– Полагаю, найдется немного вещей, способных так расстроить нашего дорогого Этьена.

– Согласен. Бедняга был на грани самоубийства. – Гаффи все еще находился под впечатлением от разговора с управляющим.

Мистер Кэмпион подошел к телефону.

– Малышу Альберту пришла на ум на редкость блестящая мысль, – сообщил он и попросил соединить его с Парижем.

Несколько минут он быстро говорил по-французски.

– Это мой славный друг Доде из Сюрте, – пояснил Кэмпион. – Он может ответить на любые вопросы, а тот вопрос, что я задал, вовсе не из сложных. Мне пришло на ум, что единственная причина, способная вызвать такую истерику у душки Флёри, – это боязнь лишиться завидной должности, которой он столько лет добивался. Я попросил у Доде имена владельцев отеля, и он сказал, что этот, а еще «Мирифик» в Ницце и «Мирабо» в Марселе, принадлежат компании «Сосьете аноним де Винтерхаус инкорпорейтед», которую учредил наш славный Бретт Саванейк. Знаете, мне и впрямь кажется, что впереди большие события.

– На первых полосах «Курьера восточного Суффолка» и «Стража Хэдли» движущийся перст судьбы[9]пишет не совсем правильно в плане грамматики, – тридцать шесть часов спустя весело сказал мистер Кэмпион мистеру Рэндаллу, сидевшему рядом на заднем сиденье своего почтенного «бентли».

Лагг был за рулем, а Игер-Райт мирно дремал сбоку от него.

Реплику Кэмпиона вызвал абзац в местной газете, купленной по дороге. Заголовок «Таинственное нападение в суффолкской деревне» привлек его внимание, и он перечитывал эти несколько строк в четвертый или в пятый раз.

Мисс Харриет Хантингфорест, живущая в Понтисбрайте, близ Хэдли, Суффолк, вчера стала жертвой нападения. Незнакомец проник в ее жилище и обыскал его, ничего ценного не похитив. Мисс Хантингфорест застала постороннего врасплох и бесстрашно велела ему покинуть дом, но была сбита с ног и потеряла сознание. Единственные приметы, которые мисс Хантингфорест смогла предоставить местному офицеру полиции, – что напавший чрезвычайно высок и имеет довольно большой волосяной клин на лбу.

– Мило, не правда ли? – сказал он, протягивая газету Гаффи. – Это знак, послание самого Провидения: «Альберт, ты на верном пути».

– Потрясающе, – сказал Гаффи. – Я рад, что поехал с тобой. Поскольку Фаркьюсон был вынужден остаться ради возни с отчетом, мне кажется, двор Аверны обеднел бы без меня. Я вижу себя этаким Ватсоном с клюшкой для гольфа.

Мистер Кэмпион пожал плечами.

– Сомневаюсь, что нас ждет именно такая деликатная игра, – сказал он. – Не понимаю, чего добивается Пики Дойл, избивая старушек. Придется ждать, пока мы не доберемся туда и не узнаем. Если вообще узнаем. – Он оглядывал местность, по которой ехал автомобиль.

С каждой милей пейзаж становился все более сельским и все более живописным. Оставив позади Фрамлингем, они проехали несколько миль и не заметили ни одной живой души. За высокими ветвистыми деревьями скрывались пузатые белые домики. Даже поля, казалось, стали меньше, а грунтовые дороги пылили и местами были очень плохи.

Кэмпион умолк, когда они приблизились к мудреному узлу – перекрестку пяти дорог. Лагг остановился и повернул несчастное лицо к хозяину.

– Ну и куда теперь?

– Как долго ты ехал с закрытыми глазами? – мягко поинтересовался мистер Кэмпион.