Книга Тайна Табачной заимки, страница 13 – Татьяна Богатова

— А на море-то можно? — жалобно спросила Александрина.

— Нужно, — уверенно подтвердила Лариса. — Вот загорать не стоит. И вообще, как можно меньше находиться под солнцем. Но это установка на все времена, а не только после больницы.

— Палата — «люкс», — привстав, огляделась Александрина.

— Да, — торопливо кивнула подруга, — пока не востребована. Если что, попробую договориться с Ириной, — сказала она, имея в виду заведующую отделением. — Переведём в двухместную. Вдруг на «люкс» кто-нибудь польстится, тогда Карпович не вправе будет отказать. Всё же пять тысяч в сутки.

— Не надо ни к кому в глаза лезть, — села в кровати Александрина. — Вот, возьми. Пожалуйста, оплати палату, на сколько потребуется.

— «Пустовалов», — удивлённо прочитала Лариса, забрав из рук подруги ка рту.

— Он… оставил… для достойного обеспечения матери и ребёнка. Теперь вот пригодилась таким чудовищным образом.

— Перестань, не накручивай себя.

— Лора, скажи, — снова жалобно спросила Александрина, — почему так произошло? Может, что-то не в порядке со здоровьем?

— Санчик, мы же с тобой обследовались, как говорится, вдоль и поперёк. Всё было в исключительном порядке. Ничто не предвещало.

— Да, — задумчиво согласилась Александрина, — и чувствовала я себя на удивление прекрасно. При полном благополучии и, вдруг, такое.

Не иначе, Володя постарался, — горько хмыкнула она.

— Ну, зачем ты так говоришь?

— Лор, он же его не хотел! Это сразу было видно! Володя — человек-праздник, фейерверк, круглосуточный салют. А ребёнок, по его мнению, — тоскливые будни и тошнотворный семейный уют.

— Он так сказал? — удивилась Лариса.

— Не буквально. Но, в его понимании, семье, где появляются дети, недопустимо менять свой образ жизни. Люди по-прежнему должны путешествовать; осваивать что-то новое; многим интересоваться; отыскивать новые увлечения, зачастую, экстремальные. Мне всё это тоже близко, но…

— Но, помимо праздника, — подхватила Лариса, — существуют будни, когда человек, бывает, грустит, болеет или просто хочет побыть в тишине.Помолчать рядом с тем, кто дорог.

— Для Володи даже тишина должна быть насыщенной, — констатировала Александрина, между делом достав из сумки, откуда она выудила карту, расчёску. — Молчать он будет недолго, — тихо улыбнулась она, приводя в порядок волосы. — При этом разглядывать звёздное небо, удивляя меня глубоким знанием астрономии. Как-то раз сказал, если ему доведётся открыть новую звезду, то назовёт её моим именем.

— Впечатляет, — бесстрастно отреагировала Лариса. — А сейчас, когда ты немного пришла в норму, пора тебя покормить.

— Пока вроде и не хочется, — с сомнением произнесла Александрина, с удивлением отмечая, что аппетит всё же даёт о себе знать.

— Ну, это будет не сиюминутно, — деловито сказала подруга. — Пока тебе придётся довольствоваться больничным завтраком. «Люкс» или общая палата, — усмехнулась она, — а питание одинаковое. Однако в нашей больнице далеко не самое плохое. Сегодня, кстати, довольно сносная овсянка. Я предусмотрительно оставила тебе порцию. А то до обеда ещё далеко. Сейчас подогрею в микроволновке у нас в ординаторской. И чаю заварю. Или ты предпочитаешь столовский отвар шиповника? Сегодня не приторный, сахара мало. Совсем как тебе нравится.

— Давай шиповник.

— Лариса Александровна, — вслед за коротким стуком в открытой двери показалось приятное лицо медсестры с дежурного поста, — там к Логвиновой посетитель. Говорит, родственник. Фамилия — Лесных. Пустить?