Книга Тайна Табачной заимки, страница 109 – Татьяна Богатова

— Ну, пожалуйста, — произнёс Владимир тоном ребёнка, поставленного в угол за шалости, и умоляющего отменить наказание.

— Куда мне подъехать? — деловито уточнила Александрина, тем самым, изначально пресекая возможное намерение Пустовалова нагрянуть к ней домой.

Словно почувствовав её опасения, Владимир выбрал людное заведение.

— Хорошо, буду через полчаса, — равнодушно согласилась Александрина, усмехнувшись про себя на слегка неуклюжую попытку Пустовалова растрогать её, назвав ресторан, где он делал предложение.

* * *

— Я уже сделал заказ по телефону, — заявил мужчина, когда они разместились за столом. — Но, может, ты захочешь что-нибудь ещё. Не удивлюсь, если твои вкусы слегка изменились, — не удержался он от попытки уязвить Александрину.

— Ничего кардинального в моих предпочтениях не произошло, — улыбнулась, не разжимая губ, молодая женщина. — Если не считать того, что теперь я не употребляю спиртного.

— Твой… лесник закодирован от алкоголизма? — невинно поинтересовался Владимир. — И ты из солидарности составила ему компанию?

— Дело не в этом, — мягко возразила Александрина, с затаённой жалостью встретив взгляд бывшего возлюбленного.

«Как обычно, — подумала молодая женщина, — занят собойи своими чувствами. Даже подросток, однажды переспавший с подружкой, и тот заподозрил бы неладное. Но только не Володя».

— Прости, — смешался Пустовалов, — пожалуйста, прости. Я не собирался хамить. Но мне чрезвычайно больно… Извини, — совсем поник он. — Разумеется, боль не может служить оправданием…

— Ладно, Володь, как говорится, проехали. Так о чём ты собирался поговорить? — спросила Александрина, начиная испытывать беспокойство по поводу того, что сказала Виталию о ночёвке в городе.

«Вдруг ему станет известно о ресторане? — заволновалась молодая женщина. — Ещё решит, будто я осталась ради свидания с Пустоваловым. Не удивлюсь, если Алана притаилась где-нибудь, чтобы запечатлеть нашу с Владимиром встречу. Наверняка снимки попадут к Виталию раньше, чем я успею приехать в Сосновку».

— Володь, — потянулась к блюду с закусками Александрина, забирая шпажку, с нанизанным треугольничком сыра, оливкой и ломтиком киви, — вообще-то, есть совсем не хочется, — сказала она, с удивлением ощутив отсутствие повышенного аппетита, одолевавшего её в последнее время. — Недавно перекусила с Лорой, — слукавила молодая женщина, чтобы оправдать своё нежелание попробовать заказанные, бывшим возлюбленным, блюда.

— Тогда, — оторопел Пустовалов. — Сандра, — проникновенно начал он, — честно говоря, приглашая тебя, совершенно не знал, о чём говорить, кроме того, чтобы принести извинения.

— Ну, что же, — пожала плечами Александрина, — извинения чистосердечно приняты. Значит, и говорить больше не о чем, — она сделала попытку приподняться.

— Подожди, — отчаянно попросил Владимир. — Ещё… одна… вещь…

— Слушаю, — задавив нетерпение, осталась на месте Александрина, отметив, что Пустовалов не оглядывает зал, в попытке удостовериться в тайном присутствии здесь Аланы.

— Просто я очень хочу тебя вернуть, — беспомощно сказал мужчина. — И не знаю, что можно сказать в такой ситуации.

— Володя, — проговорила Александрина, — думаю, расставание не стоит мучительно растягивать бесконечно долгими объяснениями. Мне казалось, что, избавляя друг друга от них, мы проявляем высшую степень участия к тому, кто прежде был дорог, — почти дословно повторила она слова подруги, заменив лишь слово «уважение».